Со студенткой журфака МГУ, Ирис Волгиной, дочкой высокопоставленного партийного работника, Александр Чижов случайно познакомился в книжной лавке Московского университета. В Институте военных переводчиков, где учился Александр, читали курс лекций по методам пропаганды. Но преподаватель, сухонький старичок, полковник в отставке, откровенно признался, что учебники устарели. Мир вступил в эпоху компьютеров и сетевых сообществ, а это в допотопных учебных пособиях никак не учитывается. Но в продаже появились хорошие книги, где вместо лобовой пропаганды говорится об увлекательных баталиях нового поколения - "информационных войнах". Впрочем, даже в книжной лавке Московского университета Чижов безуспешно искал хоть что-то похожее на "информационные войны". Зато его взгляд привлекла юная девушка с длинными, почти до пояса, светло-золотыми волосами, стянутыми на затылке в "конский хвост". Она была чересчур элегантно для советской студентки одета в черно-белое клетчатое полупальто стиля "английская леди", выигрышно украшенное объемным малиновым шарфом из натурального "мокрого шелка". Через плечо у нее была перекинута модная лакированная сумочка. Девушка изучала какую-то толстенную книгу, снятую с полки, отведенной под историю журналистики.
- Скучная книжка, - уверенно заметил Чижов.
Ему было все равно, под каким предлогом знакомиться.
Девушка подняла на него свои огромные, бирюзовые, прозрачные, как вода в весенней реке глаза, и тихо возразила:
- Но нам это задали читать к экзамену! Хотите что-то предложить взамен?
- Вот и читайте в этой книжке только то, что нужно к экзамену, - неожиданно для самого себя нагловато от зажавшего внутреннего страха, объявил Чижов.
- Вы так уверенно даете советы, будто работаете в научном совете, - презрительно заметила девушка. - А вы, собственно, откуда?
Александр замялся. Подробности своего обучения в военном институте ему разглашать запрещалось.
- Откуда? - эхом повторил он. - Вообще-то, я родом с Волги... - попробовал он уйти от конкретики.
И тут девушка неожиданно широко улыбнулась.
- С Волги? Правда? А у меня фамилия - Волгина...
Знакомство их, начинающееся красивой романтикой, оказалось непрочным. Ирис Волгиной не нравился этот молчаливый, и даже угрюмый кавалер, явно от нее что-то скрывающий. Они часами бродили по московским улицам, время от времени лакомясь мороженым. Ирис беспрерывно болтала об учебе на журфаке. Александр понимающе кивал, отмалчивался.
И хотя галантный кавалер постоянно дарил Ирис цветы, его общество начинало девушку тяготить. Отец Ирис, узнав, что ее новый друг в совершенстве владеет несколькими языками, с любопытством заметил: "Познакомь меня с ним. В наше время мало кто знает хотя бы один иностранный язык". Но капризная дочь отмахнулась: "Па, все они строят из себя героев, а на деле ломаного гроша не стоят. Подумаешь, иностранный язык! Он даже по-русски толком не говорит. Молчит целыми часами. А еще журналиста из себя строит! Тоже мне, Штирлиц нашелся!" - "Но может, это и к лучшему, что Саша думает о том, что говорит, а не говорит, что думает?" - не унимался глава семьи, и тут же получил в ответ убийственный аргумент дочери, о том что Чижов - маленького роста и с азиатским разрезом глаз, с таким парнем по улицам ходить стыдно.
И тут Александр как раз был срочно вызван для работы в Афганистан. И белокурая красавица Ирис о нем немедленно забыла. Она была увлечена ярким и артистичным ловеласом, высоким белокурым поэтом-диссидентом Сергеем Алмазовым. Благодаря его не утихающей хвастливой трескотне, Ирис окончательно выбросила Чижова из головы.
25 ИЮЛЯ 1982 ГОДА. АФГАНИСТАН. БАГРАМ.
Боль стала нестерпимой, и Александр Чижов, шатаясь, поднялся с больничной койки. Проржавелый пружинный матрас жалобно прозвенел. Голова кружилась, перед глазами плыли маслянистые желто-розовые пятна, тошнота волнами подходила к горлу, и холодные капли пота катились со лба на глаза и щеки.
Чижов заставил себя преодолеть несколько метров по больничному коридору. Везде был разлит едкий запах хлорамина, от которого хотелось бежать, но бежать было некуда. Медбрат в зеленом халате, шапочке и резиновых перчатках быстро шел по коридору, зажав в руках железный стояк для капельницы. Чижов, у которого от едкого хлорамина начался кашель, решил выйти на крыльцо, подышать свежим воздухом.
На него дыхнуло, словно из раскаленной печи. Солнце вошло в зенит, и вся живность афганской степи попряталась в свои норы. Вертолет "Ми-6" куда-то улетел, но вместо него в небе замаячил пузатый грузовой самолет "Ан-12". "Что-то нам привезли. Сейчас будут с парашютами сбрасывать", - мелькнуло в голове у Александра. Он бессильно сел на крыльцо, представив, как сейчас из брюха "Ан-12" начнут вываливаться тяжелые контейнеры на самораскрывающихся парашютах.
- Что парень, совсем плохо? - медбрат в зеленом халате пытливо заглядывал Чижову в глаза. - Держись! Нам всем тут приказано выжить!
Чижов понимающе кивнул и сглотнул горячую слюну.
- Что с тобой? Ранение? Или болезнь какая прихватила? - медбрат тряс Сашку за плечо.
У Чижова опять мутилось сознание и тошнота колом стояла в горле
- Да это не болезнь, а так... - выдавил из себя Чижов и попытался улыбнуться. - Тут этой дрянью все болеют... жара ведь. Микробы.
- Ну, коли так, то тебе повезло! - медбрат кивнул. - От этого не умирают. А вот одному товарищу твоему не повезло. Умирает тут в реанимации. Из автомата по нему садануло. Мы из него все утро пули вынимали. Не жилец он. Жаль парня.
Александр понимающе вздохнул.
- Но знаешь, в чем загадка-то? - медбрат склонился к уху Чижова и почти шепотом сообщил ему страшную новость. -
Пули-то все оказались наши. Советские. Из нашего, советского оружия по нему стреляли, представляешь? И очевидно, что не по ошибке. Кто же это мог быть? Разве могут свои стрелять в своих? Вот ведь ужас-то!
Медбрат ушел, а в груди у Чижова похолодело. Кто мог убивать русских солдат из русского же оружия? Предатель? Но на эту войну людей отбирали как в космос. Спецназ - "Альфа" и "Вымпел" - не способны на такое. Афганские моджахеды? Но откуда у них русское оружие? У этих диких людей даже верблюд считается техническим средством передвижения.
И, тем не менее, в эту минуту русский парень умирал от русских же пуль..; Дикая загадка афганской войны крутилась в воспаленном мозгу Чижова.
Ответ на нее следовало искать в американской спецоперации "ЦИКЛОН".
НАША СПРАВКА
СЕКРЕТНАЯ ОПЕРАЦИЯ ЦРУ "ЦИКЛОН" (Operation Cyclone)
"Циклон" - одна из самых длинных и самых дорогостоящих секретных операций за всю историю ЦРУ. Финансирование программы началось с $20-30 миллионов в год и к 1987 году достигло уровня $630 миллионов в год. Программа продолжалась с 1979-го по 1989 г. Ее финансирование постоянно увеличивалось благодаря активной поддержке ведущих американских политиков и госслужащих.
В июле 1979 года американский президент Джимми Картер подписал президентский указ, санкционирующий финансирование антикоммунистических сил в Афганистане. После ввода советских войск в Афганистан и назначения просоветского президента, Бабрака Кармаля, Картер объявил: "Советское вторжение в Афганистан - это самая большая угроза миру со времен Второй мировой войны". Американские политики, как республиканцы, так и демократы, опасались, что Советский Союз намеревается получить контроль над ближневосточной нефтью. В политических кругах США поднялась истерия, когда началось расширение советского "ограниченного контингента" на юг Афганистана, на восток, в сторону Пакистана и, главное, на запад - к Ирану.
Президент США Д. Картер сделал заявление, о том, что "США не допустит никакую внешнюю силу контролировать Персидский залив". Он прекратил торговлю пшеницей с СССР, кото-
рая предназначалась для снижения напряженности "холодной войны". Экспорт зерна в СССР являлся прибыльным для американского сельского хозяйства, и Картер своим политическим решением почти разорил многих американских фермеров. Он также запретил американцам участвовать в летних Олимпийских играх 1980 года в Москве.
Программа "ЦИКЛОН" основывалась на использовании пакистанской разведки ISI в качестве посредника для распределения финансирования, снабжения оружием и обучения афганских отрядов сопротивления. ISI занималась вооружением и обучением свыше 100 ООО повстанцев за период с 1978 по 1992 год. Они также занимались вербовкой добровольцев из арабских государств в ряды афганского сопротивления для борьбы с советскими войсками. США предоставили два транша экономической помощи и военных контрактов для поддержки Пакистана против советских войск в Афганистане. Первый шестилетний транш (1981-1987) размером в $3,2 миллиарда, был поровну поделен между экономической помощью и военными контрактами. Помимо этого транша в период с 1983-го по 1987 год Пакистаном было закуплено у США 40 самолетов F-16 по цене $1,2 миллиарда. Размер второго шестилетнего транша (1987-1993) составлял $4,2 миллиарда. Из них $2,28 миллиарда были выделены на экономическую помощь в виде грантов или ссуд под низкий процент (2-3%). Остальная часть суммы ($ 1,74 миллиарда) была предоставлена в форме кредита на военные закупки. Через Пакистан шло снабжение отрядов афганских моджахедов различного рода вооружением, включая переносные ракетно-зенитные комплексы "Стингер". Продаже Пакистану неамериканского оружия для ведения войны в Афганистане активно содействовал Израиль.