Всего за 99 руб. Купить полную версию
Один раз на глаза попалась облезлая белая кошка. Никита захотел, чтоб она подпрыгнула. Кошка подскочила выше человеческого роста, а после со всех ног скрылась в одном из домов.
На автостраде застыло огромное количество машин. У некоторых стекла разбиты, в других виднелись разлагающиеся тела. С огромным трудом Никита перебирался через тесно прижатые друг к другу автомобили. Конвоир беспрестанно подгонял тычками, приговаривая: «Быстрей! Быстрей, я сказал!».
За автострадой высилась роща. Деревья в ней показались какими-то странными. Чтоб обхватить стволы не хватило б и пятидесяти человек, а кроны скрывались за низко нависшими белёсыми облачками.
– Стоять! – раздался окрик.
– Всё нормально! – ответил конвоир. – Это я – сержант Кочетов!
– Санёк, ты?!
– Я, я.
– А тварь зачем притащил?
В глазах Никиты помутилось от сильного удара по голове. Перед тем, как потерять сознание он успел вспомнить, что неизвестное слово на вывеске ювелирного магазина, в переводе с английского, означает «блеск».
* * *
– …что вы меня понимаете! Но я не соображу, зачем мне рисковать парнями… Глядите!
Сознание вернулось моментально. Только что Никита стоял перед высочайшими деревьями, а в следующее мгновение сидел на неудобном стуле в комнате с голубыми обоями. Помимо него в ней находилось три человека да пыльный стол в углу.
Двое – военные. Первый – молодой парень возле двери с автоматом наперевес, а второй – мужчина лет сорока пяти с чёрными усами и пистолетом в потрёпанной кобуре. Он спорил с маленьким, толстеньким старичком в синем спортивном костюме.
– Очнулся! – воскликнул старичок. – Очнулся, родимый. Ну, ты нас и перепугал! Дыхания почти нет, импульсы мозга на нуле… Что ж ты так?!
Никита ничего не ответил и постарался даже не думать. Солдат, ковыляющий со спущенными штанами, прыгающая кошка… Да и волк с подоконника свалился не просто так.
– Да ты не молчи, – подбодрил старичок. – Мы же видели, что ты не безмозглый. Слышал приказания, повиновался им…
– Профессор, – перебил усатый военный. – Мы таких больше двадцати переловили. И ни один не подавал признаков разума…
– Вы, что не видите?! – старичок подпрыгнул от возмущения. – Он не нападает!
– Тем не менее, он Ведущий, а значит…
– Да ничего это не значит! – махнул рукой профессор. – Этот экземпляр представляет огромный интерес.
– Послушайте, – военный достал пистолет. – Вы затащили меня с этим монстром в одну комнату и теперь хотите…
– Уберите оружие! – замахал руками старичок. – Быстро уберите оружие! Вы его можете испугать!
– Я его могу испугать?! – военный всё же спрятал пистолет. – Я его могу испугать?! Да он нас своей воле подчинять умеет! Через мгновение вы можете начать вырывать собственное сердце! Я его могу испугать?!
Старичок причитания военного не слушал. Он склонился к Никите и полушёпотом произнёс:
– Вижу, что вы меня понимаете. По глазам вижу. Пожалуйста, не бойтесь, мы друзья. Мы не причиним вам вреда. Если вы заметили, то вас не привязывали. Вы совершенно свободны и можете встать. Может, хотите попить или поесть?
Никиту заинтересовал любопытный факт. Старик с военным обменивались репликами при помощи губ, когда он ничего не делал, чтобы заставить парня идти, а кошку прыгать.
– Пъэсть… – повторили непослушные губы последнее слово старичка.
Профессор и оба военных чуть глаза не обронили.
– Вы хотите поесть? – с придыханием переспросил старичок.
– Поэсть.
Профессор замахал руками, скороговоркой повторяя:
– Быстрей, быстрей, быстрей, что-нибудь съестное, быстрей, быстрей, быстрей!
Парень вопросительно посмотрел на военного с усами.
– Принеси, – поступила команда.
Парень вышел.
– Вы можете назвать своё имя? – поинтересовался старичок.
Несколько долгих минут Никита глядел ему в глаза.
– Не помню, – выдавил он и сам поразился насколько обыденно и привычно произнёс эти слова. Наслаждаясь звуком голоса, повторил:
– Я не помню.
– Потрясающе! Восхитительно! – старичок едва не плясал, а военный застыл с суровым выражением на лице. Рука непроизвольно поглаживала кобуру.
– Может, вы помните, где работали, что делали?
Никита ещё несколько минут напряжённо размышлял.
– Не помню…
– Ты знаешь, что с тобой произошло? – неожиданно поинтересовался военный.
– Не помню. А должен?
– Такое-то забыть?! – усмехнулся военный. – Апокалипсис локального масштаба!
– А-по-ка-лип-сис? – в голове начали появляться несвязные воспоминания.
– Да, – подтвердил старичок. – Большинство населения города умерло, но некоторые организмы смогли адаптироваться. Например, люди с избыточным весом превратились в Ведущих.
– Ведущих, – повторил Никита. Слово будто застревало на губах. – Ведущие – это я?
– Подобные тебе, – поправил военный. – Толстые, медлительные твари в бронебойной шкуре и крупицей мозга, но способные повелевать другими. В общем, отдельные организмы выжили, но подверглись серьёзным мутациям, зачастую убивающим человеческий облик.
Никита вспомнил существо из больничного парка. Одновременно сознание подкинуло картинку, как медсестра и внучка выводят его под руки из машины скорой помощи.
От воспоминаний по телу пробежала дрожь.
– Вы что-то припомнили? – заметил старичок. – Вы даже не представляете, какой вы кладезь информации. За этот месяц вы первый, кто выбрался с опасной территории в здравом уме…
Военный хмыкнул.
– …и способностью вести адекватную беседу.
– Вспомнил, – произнёс Никита медленно.
Военный почувствовал напряжение, но предпринять ничего не успел. Ведущий заставил его достать пистолет.
«Направь мне в голову и выстрели» – приказал Никита.
Военный подчинился…
* * *
Сознание к Никите вернулось достаточно быстро. Профессор застыл, будто замороженный. Военный же не растерялся. Пока к Ведущему возвращалось сознание, он успел разрядить магазин. Патроны ссыпал в карман.
– Ну, и чего ты вспомнил? – военный наклонился над Никитой, как Пизанская башня. – Советую больше не выкидывать своих штучек. Я триста пятьдесят парней потерял, пока они отстреливали Ведущих. А вас, тварей, меньше не становится. Да мне бы, знаешь и ничего – периметр перекрыт, и вы бы давно там попередохли с голода. Но маленькая загвоздка – гражданские лезут туда, как мухи на говно. Догадываешься почему?
Никита помотал отяжелевшей головой.
– Драгоценностей в уничтоженном городе осталось много. И теперь такие твари, как ты, питаются этими мародёрами, а мне мозги сушат, почему я за целый, видите ли, месяц не уничтожил всех мутантов… А я бы уничтожил! Давно бы уничтожил, а вместо этого теряю парней…
– Туда им и дорога! – буркнул Ведущий.
– Тебе, тупой твари, – продолжал военный. – Даже невдомёк, хоть тебе и говорили, что вот это не пробить, – он ткнул пальцем Никите в грудь. Вам, ублюдкам, надо по глазам стрелять, чтоб убить. А теперь рассказывай, что ты вспомнил.
Несколько мгновений Никита размышлял, а потом понял, что терять ему уже нечего.
– Это я сделал этот апокалипсис, – буднично сообщил он. – Я дал шанс сбежать людям, предупреждал! – повысил голос Никита. – Но воспользовались им немногие.
Военный с профессором застыли с окаменевшими лицами.
– Мне заплатили, я и создал эту гадость, – пожал плечами Ведущий. – Не так уж и тяжело, имея деньги и мозги, создать в наше время мощное оружие. А что мне оставалось?! Я за год лишился всех родных кроме внучки! Жена умерла от рака, сын в тюрьме от туберкулеза, дочь на самолете разбилась. У меня остались нищенская пенсия и внучка с лейкемией! Где мне было брать деньги на её лечение?! Может, по полису бы вылечили? Как государство отнеслось ко мне, так и я к ним.
На несколько минут повисло молчание. Профессор с военным даже предполагать не могли, что им в руки попадёт виновник катастрофы.
– И где же Елена двадцать первого века? – военный достал патрон из кармана, повертел меж пальцев, вторая рука непроизвольно потянулась к пистолету.