Семенова Наталья Викторовна - На грани стр 6.

 Ой, не переживай, баб Мань. Всё будет. Обещаю,  махнула Нина рукой, открывшей дверь старушке и прошмыгнула на лестничную площадку.

 Спасибо,  шепнула я, проходя следом, слегка озадаченной женщине. Видимо, и впрямь, изначально меня не заметила.

Нина спустилась на площадку с окном и, присев, заглянула в него.

 Не хорошо,  выдохнула она, когда я подошла к ней и тоже присела.

Возле её машины, припаркованной недалеко от этого подъезда, околачивался парень и со скучающим видом носком туфли бил по выбеленному бортику, засунув руки в карманы брюк. Н-да.

 И что делать?  нервно усмехнулась я.

Она уже открыла рот, с явным намерением повторить ранее употреблённую крылатую шутку, но мой выразительный взгляд её остановил, и она пожала плечами, снова посмотрев в окно.

 Пошли,  распрямилась она.  Придумаем что-нибудь походу.

А кто-то ведь говорил про контроль?

 Значит, кавалеры,  тихо рассмеялась я, пытаясь отвлечься от дурных мыслей, спускаясь по лесенкам вслед за Стрельниковой.

 Тьма, тьмущая,  усмехнулась она, кивнув головой.

 И все представляли угрозу для жизни?

 О да. Любовь ещё та опасная сука.

 Стой,  вдруг поняла я и сама остановилась, как вкопанная посреди пролёта.

 Что?  закатила она глаза, остановившись на площадке ниже и обернувшись ко мне.

 Ты же теперь будешь под прицелом у Заречнева. Не надо было за мной приезжать.

 Нет,  тепло улыбнулась она.  Но спасибо за беспокойство. Машина и квартира оформлены не на меня. На сводного брата, которого со мной никак не связать. Знала бы что он вернётся к тебе, не повезла бы тебя сюда. Не думала, что он настолько часто к тебе заглядывает.

 Да,  почувствовала я укол совести.  Я поэтому и сбежала, чтобы не встречаться с ним вновь. Прости, что не сказала.

 Проехали. Давай не будем терять время.

И уже в молчании мы преодолели последние два пролёта до первого этажа.

Тихо вышли из подъезда, скрываясь за кустами рядом. И я впервые за вечер оценила захолустный район, где дома не напичканы домофонными дверями.

 Стой тут,  шепнула мне Нина и полезла вглубь кустов.

Не представляя, что она собирается предпринять, я чуть выглянула из-за кустов. Парень так и стоял в пол оборота к нам, устремив взгляд на подъезд Нины, возле которого стоял хаммер. Значит, сам Заречнев не здесь, он предпочитает кататься на BMW.

И тут тишину ночи разбил оглушительный выстрел. Я в этот момент смотрела на хаммер и потому увидела, как он осел с одной стороны. Перевела взгляд на парня: он, присев, воровато оглядывался в поисках угрозы. Затем резко встал и побежал к машине, привалился к дверце со стороны пассажира и, достав пистолет, посмотрел по сторонам, не зная откуда ожидать следующего выстрела.

 Бегом!  выкрикнула мне Нина и, выпрыгнув из кустов, помчалась к машине.

И снова в кровь прыснули адреналин. С колотящимся, как молотком по наковальне, сердцем, я обижала кусты и устремилась к девятке. После оглушительно выстрела в ушах ещё звенело. И в метре от машины меня оглушил ещё один. Я тут же расстелилась на асфальте, царапая кожу локтей и добавляя боли пострадавшему ранее и едва успокоившемуся колену. Ручку чемодана выпустила ещё при падении, а уже на земле зажала уши руками и зажмурилась. В голове грохотало и звенело. И я не понимала то ли это страх, то ли физическое проявление реакции организма от оглушающих звуков. И тут меня схватили за руку и потянули вверх.

Нина.

 Давай, давай,  бесшумно причитала она и, подняв меня на ноги, подхватила мой чемодан, а уже через несколько мгновений в паре запихала нас на заднее сиденье машины. Быстро заняла водительское место и сорвалась с парковки. В моей голове стоял вакуум от шока с единственной мыслью: обошлось.

Глава 4

Кто-то настойчиво тряс меня за плечо. Тёплая ладонь, твёрдые пальцы. Тетя Света?

Резко распахнула глаза, пытаясь сфокусировать взгляд.

Я в вокзальной комнате отдыха, на кровати с жёсткими простынями и каменистой подушкой, а не там, куда так хочется вернуться А надо мной с прищуренным взглядом карих глаз стоит Нина. Н-да. В память безжалостно ворвались события вчерашнего дня, и я, застонав, попыталась перевернуться на другой бок и застонала уже от боли в шее. Гадство! Ненавижу дискомфорт!

 Не кисейная, значит,  усмехнулась сама себе Нина и громче добавила:  Поднимайся. Душ, завтрак и стук колёс по рельсам. Романтика

Ах да Поезд, который увезёт меня в маленький далёкий город, названия которого я даже не слышала за все свои двадцать пять лет. Плацкартный вагон. Дважды гадство.

Села в кровати, от чего та противно скрипнула и, скривившись от стрельнувшей боли в колене, помассировала шею. Представляю, что было бы со мной, если бы я согласилась переночевать в машине или в зале ожидания самого вокзала, как предлагала Нина

Но это было уже слишком, и я сняла нам комнату на двоих, расплатившись из своих запасов. Здесь мы и спокойно обработали мои царапины, обсудили сегодняшний день, а после я отрубилась без задних ног под тихие переговоры по сотовому Нины, которая уточняла или указывала последние детали моего прикрытия. Закон не дремлет, как, впрочем, наверное, и совсем не спит.

На завтрак Нина предложила бутерброды с кофе, из кафе внизу. Я от вредной еды отказалась, выпив лишь горький напиток. А Нина, пожав плечами, съела и мою порцию. И, вообще, она была удивительно бодра несмотря на то, что спала гораздо меньше меня и словно светилась изнутри, воодушевлённая чем-то. Скорым избавлением от меня?

После мы отправились на перрон.

 Ох уж, это выражение лицавздохнула следователь, подняв голову и щурясь на солнце.

Туда-сюда сновали разные люди. И галдели. Очень громко, без перебоя. Ио боги!  их дети! Они пищали не переставая, словно целью их жизни служило то, чтобы уничтожить, как можно больше нервных клеток несчастным родителям, а заодно и мне. Отсюда, наверное, и моё кислое выражение лица.

 Это тебе от чего-то весело, а мои последние двадцать четыре часа счастливыми не назовёшь,  надменно бросила я и саркастично добавила:  Предполагаю, что это лишь «чудное» начало моей новой волшебной жизни по программе защиты свидетелей.

Теперь она прищурилась на меня, сканируя долгим взглядом.

 Ты всегда былаона выразительно оглядела меня с ног до головы,  такой?

 Не понимаю о чём ты,  хмыкнула я и, сложив руки на груди, отвернулась.

Нина усмехнулась, по всей видимости, делая свои собственные выводы. Вот и отлично. Ненавижу своё прошлое из-за невозможности в него вернуться, а уж рассказывать кому-то о нём Нет. Никогда. Мой личный сундучок с сокровищами, который я запихала в самый дальний уголок своей памяти, чтобы не страдать, когда случайно о него запнусь и открою, поступив, как дурацкая Пандора.

 А вот и он,  помахала она спешащему к нам мужчине средних лет, со спортивной сумкой в руках.  Секунда в секунду. Люблю обязательных людей.

Мой сопровождающий при близком рассмотрении оказался хорошеньким мужчиной около сорока лет. Хотя я могла и ошибатьсячуть подёрнутые сединой вески не показатель.

 Отлично,  хлопнула его Нина по плечу и взмахнула рукой в мою сторону:  Твоя подопечная на некоторое времяКаролина. Каролина, а это Николай. Он присмотрит за тобой в дороге и из рук в руки передаст твоему куратору.

 Супер,  хмыкнула я и снова отвернулась.

 Что имеем, как говорится, Коля. Что имеемвздохнула Нина и направилась к вагону.

Там она начала о чём-то беседовать с женщиной-проводником.

то, как ты поступаешь достойно уважения, тихо сказал мужчина, сделав шаг ближе.  Настоящая смелость.

Он коротко улыбнулся моему ошарашенному взгляду и, подмигнув правым глазом, взял мой чемодан.

 Пора в путь. Пойдём.

Кивнув проводнику в знак приветствия и пожав на прощание руку Нины, он легко поднялся по крутым ступеням и скрылся в темноте вагона. Плацкартного. Б-р-р.

Я подошла к Нине, которая широко мне улыбалась. Ну точно! Её греет мысль моей рухнувшей жизни и безумно веселят трудности, с которыми мне придётся столкнуться.

 Не затягивай,  буркнула я.  Хочу, чтобы суд случился, как можно скорей.

 Всё будет,  хмыкнула она в ответ.  Но по времени ничего не обещаю.