Дессан Даниэль - Неназванная стр 3.

Всё безуспешно. Ни пламени, ни ливня под крышей, ни исполнения других желаний не случилось. Но трупик крысы безмолвно свидетельствовал: дело всё-таки в магии.

– Смотри, – Бередар понизил голос до заговорщицкого шепота.

На его ладони заплясал, роняя искры, синего цвета шарик.

– Хочешь так уметь?

И с тех пор их странствия наполнились занятиями и тренировками.

Увы, магической науке девочка обучалась нелегко. Что атакующие, что защитные чары худо-бедно удавались один раз из сотни. И причина тому крылась явно не в отсутствии трудолюбия: не однажды Бередар с удивлением замечал, как ученица просыпалась затемно и принималась за упражнения. Нет, здесь дело было в чём-то другом!

Между тем, убивать, отнимать чужую жизнь девочке удавалось влёгкую, вовсе безо всяких чар.

Внезапно в кустах, отвлекая чародея от воспоминаний, раздался громкий треск. Оттуда выскочила рыжая косуля. Не обращая внимания на людей, она стремительно пересекла поляну и исчезла с противоположного края, так же продравшись через кусты.

Тут же послышался звук охотничьего рога. На поляну въехал рыцарь, без шлема, но в доспехе, сопровождаемый двумя оруженосцами. Верно, основной работой у них было подносить чашу с вином: своё оружие, тугой тисовый лук, рыцарь прекрасно держал и сам.

Он остановил коня, не доезжая два шага до чародея.

– Кто таковы? – осведомился он, отхлебнув из чаши, заботливо поданной одним из сопровождающих, лет пятнадцати пареньком в куртке из бычьей кожи.

– Странники, – пожал плечами Бередар, не вставая.

– Охота в моих лесах запрещена!

– Я разве сказал “охотники?” – повернулся чародей к ученице.

Рыцарь словно только сейчас заметил девушку. На его лице растянулось подобие улыбки, а глаза под чёрными густыми бровями маслянисто заблестели.

– Твоя? – указал он на ученицу чародея кивком головы.

Оруженосцы переглянулись.

– Моя, – кивнул Бередар. – Убей его, пожалуйста, – снова обратился он к девушке.

Рыцарь хотел выхватить стрелу из колчана, висевшего за спиной, но не успел. Вместо этого он соскользнул с лошади и грянулся оземь. Доспехи издали немелодичное дребезжание. Одна нога застряла в стремени, но освободить её мёртвый рыцарь уже не мог, и потому лежал так.

– Что за… – начал один из оруженосцев слегка дрожащим голосом, но Бередар перебил его:

– Конь ваш. Лук со стрелами – наш. Всё понятно?

– Но…

– Я сосчитаю до двадцати, – устало продолжил чародей. – Если вы ещё будете тут крутиться, то отправитесь следом за ним, – он взмахом руки указал на рыцаря.

Доблестных оруженосцев дважды просить не пришлось. Они уложились даже в половину отведённого времени.

– Надо было оставить и коня, – предложила ученица, когда парни скрылись за кустами.

– Я не люблю верхом, – вздохнул Бередар, поднимаясь на ноги.

– А стрелять из лука, значит, любишь?

Вместо ответа маг подхватил оружие, быстрым движением вложил стрелу и спустил тетиву. Стрела вонзилась в одно из деревьев и затрепетала.

– Когда-то неплохо получалось, – довольно потянулся Бередар. – Но этот лук – для тебя. Будешь учиться и этому искусству, раз уж чары тебе не даются.

– Зачем? – вопросительно подняла брови девушка. – Убиваю я неплохо, – она перевела взгляд на рыцаря.

– Кстати, почему его потребовалось убить?

Вопрос прозвучал совершенно буднично. Словно речь шла не о жизни человека, а о какой-то сущей ерунде.

– Поверь моему опыту, – чародей выдернул стрелу из ствола дерева и теперь с интересом изучал наконечник. – Он заинтересовался тобой, как женщиной.

– То есть, захотел со мной переспать? – понимающе кивнула ученица.

– “Переспать?” – усмехнулся Бередар. – Не-ет, просто оттрахать. А потом, возможно, прирезать, если он был достаточно знатным, чтобы заботиться о количестве бастардов.

Девушка нахмурилась.

– А почему убивать должна была я? Сам бы…

– По трём причинам, – чародей закинул дорожный мешок за спину и зашагал прочь, даже не оглядываясь.

Он знал, что ученица последует за ним.

– Первое: он угрожал твоей жизни, а не моей. Второе: я вообще-то попытался. Заклятье не сработало. Отсюда – третье: где-то он носил талисман, защищающий от чар.

– А я…

– А твоя магия – это несколько другое. Не чары, а воля. Когда-нибудь я разберусь, как это работает…

– Это навряд ли, – съехидничала девушка. – За столько лет-то не разобрался!

Бередар досадливо скривился. Действительно, в разгадывании сей тайны он преуспел не больше, чем… Чем его же ученица – в обычной магической науке.

Но обязательно про это всё время напоминать?!

Некоторое время они шагали молча. Девушка обдумывала произошедшее на поляне, а магистр… Для него этот случай был вполне рядовым. Ничего такого, о чём стоило бы размышлять долгими вечерами, глядя в пламя костра. Он давно сбился со счёта, скольких убил за свою жизнь. Одним больше, одним меньше…

– Надо было и этих двух… – нарушила тишину ученица.

Чародей одобрительно хмыкнул: всё-таки она достойна своего магистра.

– Взрослеешь. Умнеешь. Но оруженосцы не причинят нам вреда.

– Это почему?

– Если они начнут трепаться о том, что было, с них строго спросят, почему они живы, а их господин нет. Почему они не кинулись его защищать. Посему, если у них есть хоть капля ума на двоих… – Бередар не договорил.

Девушка снова помрачнела.

– А если нет?

– Значит, мы и впрямь совершили глупость, – отрезал чародей, тоже начиная испытывать тревогу.

“Действительно, что на меня нашло?! Не наладят ли по следу собак?” – озабоченно подумал он.

Горячее воображение уже рисовало ему приближающийся лай, стук копыт десятка конников, свист болтов, выпущенных из самострелов, и тонкострунное пение луков, отправляющих в полёт стрелу за стрелой. Бередар умел ставить магический щит, не позволяющий приблизиться какому угодно предмету, хоть живому, хоть нет, но щит неподвижный. Перемещать его в такт шагам чародей так и не научился, о чём много раз уже успел пожалеть.

Пение струн, впрочем, тут же раздалось. Но производил его не лук, а небольшая лютня, которую нёс не ратник, а обычный парень лет двадцати. Он вовсе не прятался, а открыто шёл по лесной тропинке и наигрывал незамысловатую песенку. Ветер слегка растрепал его длинные светлые волосы. Взгляд изумрудно-зелёных, почти таких же, как у девушки, глаз был ясным и открытым, а улыбка – обезоруживающе-честной.

Бередар сосчитал до десяти, восстанавливая дыхание, малость сбившееся от, чего греха таить, испуга. Он мог поклясться, что впереди не было никакого встречного путника – и вот он, пожалуйста, идёт себе, скоро поравняются.

Юноша тоже их как будто только заметил.

– Хорошего дня вам, странники! – воскликнул он, прекратив играть. – Я вас тут давно жду!

– Нас?! – в два голоса удивились чародей и его ученица.

– Вас-вас! – подтвердил юноша, жизнерадостно кивая. – Это же вы порешили господина Жераля нынче утром? Ну, того, что выехал поохотиться с двумя слугами, но наткнулся на вас.

– А… – начала девушка, однако Бередар резко оборвал её:

– Замолкни. Не знаем, о чём ты говоришь! – он нагло посмотрел парню прямо в лицо.

И сразу пожалел об этом. Встретив спокойный взгляд пронзительных изумрудов, он вдруг осознал: этот странный юноша знает о нём, Бередаре, всё. Прошлое, настоящее и, пожалуй, будущее, начиная от рождения и заканчивая смертью.

А осознав – испугался пуще прежнего.

– Не надо бояться, – успокаивающе проговорил юноша. – Не такой уж я страшный, в конце-то концов.

– Кто ты? – чародею не понравился собственный голос, но унять в нём дрожь не получалось.

Боялся, несмотря на полученный только что совет. Девушка с удивлением взглянула на наставника. Таким она его не видела, почитай, что почти никогда.

– У меня много имён, – был ответ. – И все они не имеют никакого значения, ни для меня, ни для вас. Но вот, что важно: у тебя, – юноша кивнул ученице чародея, – мой дар.