Всего за 99.9 руб. Купить полную версию
Принц Навер почтительно поклонился магу, он очень благодарен магу за то, что еще некоторое время его плечи будут свободны от этой ноши – ответственности за государство. Мысленно он уже дома, на ферме. Снять с себя это железо и к любимым уткам…
– Погодки Эрник и Дарон, – представил король двух принцев. Совсем не похожи на своего старшего брата, статные, с узкими хрящеватыми носами, у обоих раскосые глаза и ушные раковины, выдающие в них полукровок.
– Добрая пара добрых плодов династического брака, – продолжил король после паузы, во время которой выпил изготовленного по рецепту мага бальзама. – Их мать – эльфийская принцесса Нора Береза, дед – король клана эльфов Холмов. Мы воевали с ним пару раз, но как-то вяло, без огонька. А у эльфийской знати как раз вошло в моду родниться со смертными. Для обновления кровей. Так и сговорились. В приданное я получил все холмы на правом берегу Синоры, и мои бароны понастроили там замков. Так что теперь с юга наши границы в полной безопасности. По крайней мере, были, пока не появилась нежить. Скажу тебе, маг, Нора была – огонь! Настоящая принцесса! Слова поперек не скажи! Мы подрались с ней в первую же брачную ночь и дрались временами на протяжении всего супружества. Что совершенно не мешало нам испытывать друг к другу истинное уважение и предаваться на ложе неземной, почти звериной страсти, в результате чего зачали вот этих красавцев. Да! Горда была моя жена и очень своевольна. Когда ее отец прислал гонцов с просьбой о помощи – как раз во время большого орковского нашествия, я отправился к баронам собирать войско, а она не стала ждать и с полусотней лучников поскакала прямо за Синору. Там они все и полегли в первом же бою. Хорошо, что тела сумели отбить – она похоронена в парке моего загородного поместья, под тремя березами, я ее частенько навещаю, беседую. Если хочешь, я вас познакомлю, умнейшая, скажу тебе женщина. Только характер тот же остался горячий, в последний раз набила мне веткой глаз… зато сыны получились – сам видишь.
Маг видел. Старший принц Эрник в полной мере унаследовал характер матери. Слишком горяч, слишком нетерпелив, не терпит компромиссов. Он – воплощение войны, боевые латы для него – вторая кожа, рев боевой трубы – лучшая музыка. Когда его старший брат станет королем, он принесет ему три блестящие победы, показав себя не только бесстрашным рыцарем, но и мудрым полководцем. Он и скончается во время похода, но сожалеть будет единственно о том, что умирает не от удара вражеского меча на поле боя, а от болотной лихорадки в лекарской палатке.
Младший – принц Дарон. Он, потомок эльфов, не любит леса и вообще – суши, его стихия – море. Морские битвы. Нет, скорее – новые открытые земли, хотя битвы – тоже. Он – внук эльфийского короля без сомнения будет пускать под топор целые дубравы и сосновые рощи, чтобы строить корабли. Однажды его эскадра не вернется к родному причалу и маг Лонир, сколько не вглядывался в глаза Дарона, так и не увидел могилы с именем прославленного адмирала. Что ж, каждому свое и пусть будет так!
Учтивый поклон будущих непобедимых воинов.
– Этого разбойника тебе представлять нет необходимости, – сказал король, когда его трон остановился около четвертого принца. – Мой любимец, граф Эммер Норрский. Признаюсь, тоже плод взаимной безумной страсти. Овдовев и оплакав Нору, я как раз ехал свататься в Деррис. Жениться мне совсем не хотелось, но тамошний король обещал в приданое за своей злюкой и уродиной целый флот и остров с причалами в Восточном море. А также грозился объявить войну Аррохону, чей герцог – мой любезный кузен, тогда был у меня уже в печенках. И вот, проезжая по землям моего кузена, мы попали в жуткую грозу. Дороги размыло так, что лошади не шли, а почти плыли! Пришлось остановиться на ночлег в Норре, в поместье захудалого дворянина. В честь такого случая местная поместная голытьба решила устроить бал. Видел бы ты, как они съезжались на этот бал: все мокрые, зубами от холода стучат. Но согрелись быстро. В общем-то очень милые оказались люди, пусть немного и грубоваты, но весьма искренние. А когда объявили первый танец, тут-то она и появилась. Лана, дочь местного графа. Молодая, робкая как лань, но свежая, как роза. По бедности ей пришлось надеть парадное платье матушки – размера на три больше, но на платье я и не смотрел. Любовь с первого взгляда – слышал о таком, маг? Я танцевал только с ней, танцевал до головокружения, до самой ночи, а утром, как благородный человек и доблестный рыцарь, уже просил руки у ее батюшки. Естественно, старый пень тут же согласился. В итоге я не поехал жениться в Деррис, не получил кораблей и острова с пристанью, зато приобрел целое графство прямо под носом у моего кузена, да минует его геенна огненная в сумеречном мире. Но что там графство?! Любовь, вот что главное в мире! Я провел с Ланой самый счастливый год жизни. Мы просыпались счастливыми, счастливыми же и засыпали. Не поверишь, маг, я забросил латы и даже начал писать стихи! Получилось коряво. Поэтому снова надел латы и победил в трех турнирах во имя своей дамы сердца. В последний раз она принимала корону турнира, когда была вот с таким животом. И в этом животе был крохотный малыш, который вырос в этакого дылду. Знаешь, он не хочет быть принцем. Он хочет быть доблестным рыцарем, ездить по кишащим разным сбродом дорогам и совершать подвиги во имя прекрасной дамы. Кстати, Эммер, когда твой отец наконец-то увидит эту самую даму? Она вообще, существует, или снова только в твоих мечтах?
Эммер поклонился магу и невесело улыбнулся. И в глазах печаль пополам с радостью. Радость понятна – отец жив и выздоравливает, а печаль? Не прочтешь…Тогда маг посмотрел в глаза короля. Король любил этого сына, пожалуй, больше других. Но видеть его королю было тяжело. Родившись на свет, Эммер отнял у своего отца любимую. Она умерла при родах. И король всегда помнил это. Хотя вслух не говорил.
Вот этот мог бы стать моим верным спутником, подумал маг, снова глядя в глаза Эммера. Но… он уже сам выбрал свой путь. Странствующий рыцарь, борец со злом, защитник слабых, о котором будут слагать легенды и песни. Ему суждено свершить много подвигов и дожить до преклонных лет. Сидя в своем дворце у жаркого камина в окружении полусумасшедших теток, обожающих слушать рыцарские баллады, он будет смотреть в огонь и вспоминать былое. Слуги найдут его уже остывшим ранним хмурым утром на конюшне возле ног боевого коня, тоже очень старого. Граф сумеет как-то надеть боевые латы, но вот взобраться на коня сил уже не хватит…
– Через пару лет я-таки женился на деррийской принцессе, правда, не на старшей – ведьме и уродине, а на младшей, умнице и красавице, – продолжил король, давая знак катить трон дальше. – Брак оказался счастливым и долгим. За это время принцесса успела стать королевой и довольно часто уезжает в Деррис, чтобы хоть как-то держать в руках этих несносных черных магов. И вообще, государственные дела отнимают у нас столько времени и сил, что мы даже поругаться толком не успели. Семнадцать лет сплошного счастья! Вот, счастлив представить: моя супруга Эра, королева Атарская и Деррийская, в отличие от покойной старшей сестры – красавица, но… тоже ведьма!
Женщина действительно очень красива. Такая красота свойственна разве что цыганкам и сумасшедшим. Идеальных пропорций лицо, прямой нос, начинающийся чуть выше бровей, бездонные черные глаза, словно рассыпающие искры, узко сжатые губы и волевой подбородок. И шикарная грива черных, как смоль, волос.
Королева Эра склонилась перед магом в низком церемониальном поклоне, выпрямившись, бросила беспокойный взгляд куда-то за спину. Маг ее беспокойство прекрасно понял. Дети! Три принца. Старшему лет шестнадцать, второй – отрок лет десяти, и еще на руках у няньки четырехлетний карапуз. Младшенький. Ему и боязно, и интересно, магов в таких красивых одеяниях малыш еще не видел. Очень хочет потрогать ручкой блестящие штуковины на плечах мага. Но боится его длинной седой бороды и колючих глаз. Но мать беспокоится не о нем, мать знает, что такого малыша маг в дорогу не возьмет. Но старший и средний! Одного придется отдать! Проклятье в адрес царственного супруга, давшего магу такое обещание, и (О, глупость! О, слабость!) собирающегося это обещание сдержать. Проклятие эмоционально, король закашлялся и снова приложился к чаше с бальзамом.