Всего за 149 руб. Купить полную версию
Наш разговор прервал протяжный звонок, возвестив окончание занятия. Забрав свой рюкзак из рук Устгена, я, не прощаясь ни с кем, молча вышла из лектория, дверь открылась сама и опять не скрипнула. Удивительно. Но еще более удивительно то, что мне нужно многое переварить. Кстати, о еде. Пойду-ка я в столовую. Так и поступила. Но не прошла я и десяти шагов, как меня нагнали все те же блондинисто-серьгастые личности в количестве двух штук.
– Ты это круто с дверью сделала, – сказал Устген, восхищенно на меня уставившись.
– Научишь? – вторил ему Вирфольц, нахально разместив свою ладонь на моем плече.
Но ответить я не успела, и очень жаль, ведь очередная острота уже была готова сорваться с кончика моего языка, когда меня окликнули. Появившийся архимаг быстрыми движениями снял с меня кисть брюнета-однокашника и уверенно отодвинул его на расстояние вытянутой руки.
– Я понимаю, северяне – народ смелый. Но я просил вас приглядывать за Дорвиндаль, а не приставать к ней. – Грозно взглянув на парней, ректор добавил: – Уяснили?
Под таким тяжелым взглядом любой бы, наверное, пал ниц и начал умолять о пощаде. Поэтому послала парням сочувственный взгляд, развернулась и собралась уходить. Но не тут-то было. Меня остановили, в очередной раз взяв под локоть. А-а-а, завтрак мой, завтрак…
Глава 6. Асия Дорвиндаль
Летающая академия. Замок Водолея
– Студиоза Дорвиндаль, – удерживая мою руку, Глениус попытался смягчить выражение своего лица, но вышло все равно сурово, – у вас гости. Идемте.
– Э-э-э, великий архимаг, благословеннейший ректор Летающей академии, – начала я издалека, но меня перебили. Собственно, он же и прервал, скомандовав:
– Короче.
– Ну, тогда я пошла завтракать, а гости подождут. – Под тяжелым взглядом мага невольно начала сомневаться в своем голоде. Но, вспомнив вечер и то насмешливое выражение его лица, поняла, что грозная личина – это так… для студиозов, ради дисциплины.
Как назло, Глениус решил составить мне компанию:
– Хорошая идея, пойдемте.
За нами хвостиком робко потопали два моих новоиспеченных телохранителя. Вот зачем за мной нужно присматривать? Непонятно. Хотя, если вспомнить недавний разговор со Склигинс, прибавить сюда вечернюю выходку с покосившейся дверью, то все становится более-менее понятным. Пришла к выводу, что охраняют не меня, а от меня.
Пока размышляла, зашла в столовую. Наша новоиспеченная компания во главе с ужасным черным жнецом Сегдивалем разошлась между столами со съестным. Выбрав себе блюда на поднос, я села за пустой стол вдали ото всех и начала есть. Правда, чуть не поперхнулась тут же.
С невозмутимым видом напротив разместился ректор в преобразованном из стула кресле. В столовой вдруг стало тихо как в склепе.
– Чего вы добиваетесь? – тихо прошипела я. Но как пить дать меня услышало полстоловой, потому как все повернулись в мою сторону.
– Ничего, просто сажусь есть, – невозмутимо ответил архимаг, на этот раз без устрашающих гримас.
– Приятного аппетита, – промямлил Вирфольц, и они с Устгеном сели через стул от меня. Видимо, намек Сегдиваля поняли. Не знаю, радоваться мне или плакать от этого. Для первого не было повода, а для второго – место неподходящее, но очень уж охота. Поэтому включила агрессию на максимум, чтобы перебить это жуткое чувство жалости к себе.
– Так. Я, короче, поняла. – Положив со звоном вилку на стол, поднялась со стула и для собственной храбрости уперла руки в боки. – Хотите провести расследование? Ваше право, проводите! Но меня в это не вмешивайте! Запретили всем со мной общаться… зачем? Вон вся публика, как немые рыбки, смотрят, сказать хотят, а молчат. Я так не могу больше!
– Студиоза Дорвиндаль, мы в столовой… – с нажимом заметил ректор, играя в мистера невозмутимость.
– Спасибо, я заметила, – чуть менее громко отмахнулась, после продолжив: – И все же, если уж мне придется тут задержаться, то я хочу чувствовать себя полноценной студиозой. А не изгоем или экспонатом, который поставили под стекло, любуются и не трогают.
– Думайте о том, чего вы просите, – тихо и с затаенным гневом произнес Сегдиваль, – тем более прилюдно. Всему есть предел.
– Я хочу компенсации за свои страдания, – продолжала гнуть свою линию.
– Например? – неожиданно спросил он.
Думала – откажет. А тут…
– Комнату марафета, – не задумываясь, выпалила я, внутренне заныв. Боги! Лучше названия не придумала?! Стремно, блин!
– Простите, что? – Личность напротив меня не поняла, поэтому пришлось пояснить более доходчиво:
– Ну это где красоту наводят, прически делают, губы красят.
– Зачем? У вас и так с этим все в порядке, – недоуменно заметил Глениус, перестав гневно сверкать очами.
– Замечательная идея, студиоза Лея, – воскликнула магиня Склигинс, подходя к нашему столу с подносом. И, повернув голову к ректору, затараторила: – Я вам еще не успела доложить об успехах Дорвиндаль? Способная ученица, кстати. Готова за нее поручиться и попросить к себе в ассистентки.
На этих словах она мне подмигнула, а я мысленно поставила себе неуд. Во вляпалась!
– Что-то я уже совсем ничего не понимаю, – заметил тот, который Глениус Сегдиваль.
– Я, кстати, тоже. – Но на мое замечание никто даже и внимания не обратил. Преподавательница ТИЗ говорила не переставая:
– Понимаете, у меня, как у хорошей травницы, есть большой опыт и огромный запас реагентов, сроки хранения которых к тому же не вечны. А если мы со студиозой Дорвиндаль возьмемся за дело… – На этих словах она опять демонстративно моргнула несколько раз, глядя на меня. А я начала догадываться, к чему она клонит, невольно улыбнувшись. Эта смелая тетка тем временем продолжила приседать архимагу на уши: – То мы сможем и наших студиозов украсить, и потратить реагенты с пользой!
– То есть вы планируете ставить опыты на людях? – Великий и ужасный черный жнец превратно понял ставшую нашей идею, отчего нахмурился.
– Нет! – вмешалась я. – Все совсем не так, Глениус!
После моих слов за столом наступила гробовая тишина. Даже Вирфольц и Устген, молча поглощавшие еду до этого, перестали работать вилками. Магистр Склигинс открывала и закрыла рот. И не только она. Кажется, удивились моему фамильярному обращению ко всея академии королевства Роганды, ректору то есть. Тот, который Глениус, и вовсе странно сверкал очами, поджав губы.
– Ох уж этот этикет, – посетовала я, слегка стукнув себя рукой по лбу. – Куда нам, деревенским, до этого!
Открыла глаза после показательного акта самобичевания, оглянулась: вроде прокатило. Мои сотрапезники дружно позакрывали рты, поэтому осмелела и продолжила свою мысль:
– Магистр Гиндриена Склигинс, скорее всего, имела в виду всякие травяные маски для чистоты и гладкости кожи, витаминные масла для послушности волос и тому подобные вещи.
– Если это так, то зачем вам целое помещение для этого? Разве ваших собственных комнат для этого недостаточно? – заметил архимаг, все еще играя в тугодума.
– Как зачем? Проводить процедуры и тут же закреплять результат: накладывать макияж, заплетать волосы. Эх, романтика… – мечтательно заметила травница. Опомнившись, строгим голосом изрекла неожиданную мудрость: – Собственные комнаты – это личное пространство каждого. Для внеклассных занятий они абсолютно не подходят!
А после ее слов я невольно задумалась о моих будущих образовательных встречах с ректором, да еще в его личных покоях. Румянец плотно прилип к моим щекам.
– Не подходят, говорите, – задумчиво повторил архимаг, рукой разглаживая салфетку на своем подносе. А как только заметил за собой несвойственное поведение, скомкал бедную и ни в чем не повинную бумажку и сообщил нам радостную новость:
– Хорошо. Первое: назначить Лею Дорвиндаль вашей ассистенткой – позволяю. Второе: график внеклассной деятельности согласовывать лично со мной. Третье: помещение ищете сами. Утверждаю тоже я. На этом все.