И ты промчался, незабвенный!
И вскоре новый век узрел И брани новые, и ужасы военны;
Страдать - есть смертного удел. Блеснул кровавый меч в неукротимой длани Коварством, дерзостью венчанного царя; Восстал вселенной бич - и вскоре лютой брани
Зарделась грозная заря.
И быстрым понеслись потоком
Враги на русские поля. Пред ними мрачна степь лежит во сне глубоком,
Дымится кровию земля; И селы мирные, и грады в мгле пылают, И небо заревом оделося вокруг, Леса дремучие бегущих укрывают,
И праздный в поле ржавит плуг.
Идут - их силе нет препоны,
Всё рушат, всё свергают в прах, И тени бледные погибших чад Беллоны,
В воздушных съединясь полках, В могилу мрачную нисходят непрестанно, Иль бродят по лесам в безмолвии ночи.... Но клики раздались!... идут в дали туманной!
Звучат кольчуги и мечи!...
Страшись, о рать иноплеменных!
России двинулись сыны; Восстал и стар и млад: летят на дерзновенных
Сердца их мщеньем возжены. Вострепещи, тиран! уж близок час паденья! Ты в каждом ратнике узришь Богатыря. Их цель иль победить, иль пасть в пылу сраженья
За веру, за царя.
Ретивы кони бранью пышут,
Усеян ратниками дол, За строем строй течет, все местью, славой дышут,
Восторг во грудь их перешел. Летят на грозный пир; мечам добычи ищут, И се - пылает брань; на холмах гром гремит, В сгущенном воздухе с мечами стрелы свищут,
И брызжет кровь на щит.
Сразились. - Русской - победитель!
И вспять бежит надменный Галл; Но сильного в боях небесный Вседержитель
Лучем последним увенчал, Не здесь его сразил воитель поседелый; О Бородинские кровавые поля! Не вы неистовству и гордости пределы!
Увы! на башнях Галл кремля!...
Края Москвы, края родные,
Где на заре цветущих лет Часы беспечности я тратил золотые,
Не зная горестей и бед, И вы их видели, врагов моей отчизны! И вас багрила кровь и пламень пожирал! И в жертву не принес я мщенья вам и жизни;
Вотще лишь гневом дух пылал!...
Где ты, краса Москвы стоглавой,
Родимой прелесть стороны? Где прежде взору град являлся величавый,
Развалины теперь одни; Москва, сколь Русскому твой зрак унылый страшен! Исчезли здания вельможей и царей, Всё пламень истребил. Венцы затмились башен,
Чертоги пали богачей.
И там, где роскошь обитала
В сенистых рощах и садах, Где мирт благоухал, и липа трепетала,
Там ныне угли, пепел, прах. В часы безмолвные прекрасной, летней нощи Веселье шумное туда не полетит, Не блещут уж в огнях брега и светлы рощи:
Всё мертво, всё молчит.
Утешься, мать градов России,
Воззри на гибель пришлеца. Отяготела днесь на их надменны выи
Десница мстящая Творца. Взгляни: они бегут, озреться не дерзают, Их кровь не престает в снегах реками течь; Бегут - и в тьме ночной их глад и смерть сретают,
А с тыла гонит Россов меч.
О вы, которых трепетали
Европы сильны племена, О Галлы хищные! и вы в могилы пали.
О страх! о грозны времена! Где ты, любимый сын и счастья и Беллоны, Презревший правды глас и веру, и закон, В гордыне возмечтав мечем низвергнуть троны?
Исчез, как утром страшный сон!
В Париже Росс! - где факел мщенья?
Поникни, Галлия, главой. Но что я зрю? Герой с улыбкой примиренья
Грядет с оливою златой. Еще военный гром грохочет в отдаленьи, Москва в унынии, как степь в полнощной мгле, А он - несет врагу не гибель, но спасенье
И благотворный мир земле.
Достойный внук Екатерины!
Почто небесных Аонид, Как наших дней певец, славянской Бард дружины,
Мой дух восторгом не горит? О, естьли б Аполлон пиитов дар чудесный Влиял мне ныне в грудь! Тобою восхищен, На лире б возгремел гармонией небесной
И воссиял во тьме времен.