Всего за 319 руб. Купить полную версию
Аладар тихо засмеялся.
Мой друг, я, не раздумывая, доверил бы тебе собственную жизнь. И доверяю жизнь собственного сына. Но я бы никогда не поставил тебя во главе армии. Ты лихо рубишь головы, но в стратегии и тактике ничего не смыслишь. Только в том случае, если Габриэль сумеет выбраться из башни, я поверю, что он действительно хочет попасть в Грэйтлэнд. И лишь тогда его отпущу.
У-у, какое коварство. Мне нравится. Один вопрос. Гром поднял указательный палец. Допустим, ему удастся сбежать из башни. Допустим, он даже сумеет добраться до Безымянного острова и там сесть на корабль до Крабового берега. Но как, имея магию в крови, он пройдет портовых сверов?
Но ты же как-то их проходишь?
Хо! Я другое дело.
А по-моему, нет. Аладар бросил на Грома оценивающий взгляд. Две руки, две ноги, пара глаз Он загадочно улыбнулся. Да и одежды, выстиранные в соке аннам-травы, должны помочь.
Кхм, об этом я не подумал.
В отличие от Габриэля У тебя есть другие вопросы?
Сколько у меня времени?
Ночь.
Эта ночь? Он сбежит уже завтра?
Завтра его зачарованные одежды подсохнут
Ну, завтра так завтра. Гром поднялся. Я все-таки надеюсь, что он не сможет покинуть башню.
Не обижай меня. Он же мой сын. Утром я зайду к тебе. Необходимо еще обдумать некоторые детали. Полагаю, тебя не нужно предупреждать, чтобы о нашем разговоре не узнала даже твоя самая страстная любовница.
Ты тоже меня не обижай. Ладно, пойду готовиться. Слушай, а может, мне Гром провел рукой по бороде, по усам, по волосам. Ну, чтобы он меня не узнал. Да и есть мнение, что без бороды я выгляжу моложе.
Неплохая мысль. Но я не настаиваю.
Гром открыл дверь и, переступив порог темницы, повернулся.
А если твоего хромоногого братца все-таки того Мне будет не так страшно за тебя, когда я стану топтать грязь в Грэйтлэнде.
Пошел вон. Аладар, улыбаясь, замахал руками. Пошел вон.
Как скажете, ваше мэнжество. Я удаляюсь, ваше мэнжество. Гром, отвешивая неуклюжие поклоны, постепенно исчезал во мраке тюремного коридора.
Глава 1
Габриэль Альтирэс, старший сын достопочтенного мэнжа Семи островов, не отрывал взгляда от карты. Огромная карта, вставленная, точно картина, в золоченую раму, висела напротив кровати, встречая его своим великолепием, своей грандиозностью каждое утро и провожая в сумерки снов каждую ночь.
Глава 1
Габриэль Альтирэс, старший сын достопочтенного мэнжа Семи островов, не отрывал взгляда от карты. Огромная карта, вставленная, точно картина, в золоченую раму, висела напротив кровати, встречая его своим великолепием, своей грандиозностью каждое утро и провожая в сумерки снов каждую ночь.
У Габриэля было много карт Андрии. Нарисованных здесь, на Семи островах, и привезенных из далеких стран. Совсем новых, искусно выписанных на бумаге, от которой еще пахло чернилами, и созданных древними мастерами на бараньей коже; последние карты каким-то чудом пережили века и не одну сотню прикосновений человеческих рук. Быть может, не только человеческих Но эта карта, повешенная напротив кровати, была самой любимой. Холст сверкал мелкими рубинами, разбросанными по крупным городам материка Грэйтлэнда. Переливался перламутровыми ракушками, устилающими берега. Синел морями и океанами настолько живописными, что при взгляде на них слышался шум волн. Карта делала бескрайний Грэйтлэнд ближе, разжигая мечту.
В свете волшебного фонаря, разгоняющего мрак летней ночи, карта Андрии выглядела особенно красиво. А еще, насколько знал Габриэль, эта была самая точная и подробная карта на Семи островах. И он знал каждый город, каждую реку, каждый остров, нанесенные на нее истинным мастером. Знал так, как знают ее картографы. И если бы его вдруг заставили воспроизвести карту всей Андрии, он нарисовал бы ее без колебаний, не пропустив ни одной детали.
Ах, Грэйтлэнд бескрайняя земля! Она начала манить Габриэля с тех самых пор, как он изучил последний уголок на Семи островах, побывав в деревне рыбаков в Скафке, расположенной на острове Серебряного месяца. Именно тогда, четыре года назад, он, юный мэйт Семи островов, понял, что ему непременно нужно увидеть самый крупный материк Андрии Грэйтлэнд. И именно тогда, качаясь в рыбацкой лодке вдали от берега, он впервые так близко увидел спирфлама. Ни одна картина, ни один рассказ не могли передать всего величия черного дикого спирфлама. Воздух, рассекаемый мощными перепончатыми крыльями, загудел, когда громадная тень пронеслась над лодкой, вселяя одновременно радость и страх. Стражники, готовясь к атаке, сразу сложили пальцы знаками, чтобы защитить сына мэнжа, сидящего с раскрытым ртом К счастью, спирфлам не обратил на лодку никакого внимания, продолжив свой величественный полет.
Острова были такими мелкими, такими ущербными по сравнению с Грэйтлэндом. Семь серых камешков рядом с дорогим ожерельем. Горсть сухих крошек, лежащих вблизи ломтя свежевыпеченного хлеба. Несколько соскобленных чешуек, почти незаметных в сочном блеске выловленной гранд-рыбы
Габриэль подложил руки под голову, продолжая разглядывать восхитительную карту-картину. Продолжая грезить о Грэйтлэнде, отталкивая сон. Подушку, казалось, набили опилками, а не пухом. Привычное легкое покрывало нынешней ночью вдруг стало жечь, покалывать кожу сквозь ночную рубаху. Пришлось его сбросить, чтобы не изойти потом. Но было все равно жарко, несмотря на распахнутое окно. И невзирая на холодную ночь, какие всегда стояли на Семи островах даже жарким летом.