Можно было бы вообще постараться свинтить отсюда, только я не уверен, что получится. За нашей машиной ещё две в хвосте держалось, две уже стояли на территории завода. Численность позволяет контролировать периметр вокруг. Огнестрельное оружие тоже наличествует, пару стрелков на крыше запросто может быть. Вдруг у кого рука дрогнет или какой громила на нервяке, что баба вчера не дала? Словлю пульку и нет Стасика Мышкин! Это на Фагрисе мне пули и выстрелы из тяжёлого болтера тополиным пухом были, а здесь мне земля им будет если шкуру подставлю.
«Ну, мля! Скверхово вымя!» шикнув от боли, потеряв контроль над ногами я припал к стене, опускаясь на корточки.
Видимо адреналин начинал отпускать, дав дорогу тому, чего я боялся. Использование контура во время беготни с Копчёным не прошло даром. Мышцы начали тяжелеть наливаясь ноющей болью, а правую икру свела судорога. К инфомагу не ходи, дальше будет только хуже. Нужно побыстрее забиться в какой-нибудь тихий угол и ждать.
Отметив, что в коридоре никого, на согнутых ногах шипя и матерясь в мыслях, двинулся вдоль стены, готовый в любой момент запустить контур вуали. Соответствуя фамилии, я короткими перебежками перемещался из правого крыла первого этажа к центру, где был расположен небольшой холл.
Пятьдесят метров коридора остались позади. Будучи перед холлом припав к стене, осторожно высунул голову, проверяя лестницу на второй этаж. Никого не было, но с площадки сверху доносились звуки разговора. Не став прислушиваться и вникать, стрельнул взглядом по коридору левого крыла, осторожно снимая с себя пиджак. Держась правой стороны холла, в конце которого находился выход из здания осторожно прошёл вперёд на несколько метров, вытягивая шею и приставными шагами смещаясь к центру, чтобы увидеть ступени выхода.
Как и рассчитывал, на выходе стояло двое вооружённых бойцов. Один из них был ко мне спиной, а вот другой был развернут в пол оборота, опёршись на перила поясницей он вальяжно курил.
Прикинув, что в зону обхвата бокового зрения я не попадаю, заметить меня не должны, подобрался ближе, озираясь на лестницу второго этажа за спиной и на коридор правого крыла.
Решив, что достаточно испытывать судьбу осторожно положил свою куртку на пол холла. Если кто её увидит, то оценив близость к выходу из здания подумает, что я как-то проскользнул мимо этих двоих. Простенькая обманка, но за неимением возможности для чего-то серьёзного и это сойдёт.
Вернувшись обратно к началу коридора левого крыла, я довольно хмыкнул глядя на потянувшийся из кладовки дым. Скоро он начнёт заполнять коридор, ну а мне нужно выбирать место для лёжки. Вменяемый человек отправился бы в левое крыло, подальше от очага возгорания. Только «вменяемый» не означает «умный». Прятаться я буду в левом крыле где меня держали, в ближайшем к лестнице на второй этаж кабинете.
Стараясь не создавать лишнего шума, я слегка отодвинул покосившуюся кем-то выломанную дверь, висящую на одной верхней петле и присев, боком протиснулся в образовавшийся зев внизу.
Идеальное место для того чтобы спрятаться нашлось сразу. Прямо за дверью, в метре от входа на боку валялся перевёрнутый шкаф для документов. Его задняя стенка смотрела прямо на дверь. Было ещё два стола и упавший стеллаж, но за ними особо не спрячешься. Обойдя шкаф по кругу, прикинув, как будет лучше лечь, стал на четвереньки и заполз внутрь, прикрывая за собой бывшую открытой дверцу.
Стоило мне это сделать, как со стороны лестницы послышался гомон и звуки беготни. Это было очень странно, ведь дым ещё не должен был туда дойти. Не уж то всполошились по поводу Копчёного?! Маловероятно, ведь у него рации не было, чтобы каждые десять минут на связь выходить с докладом. Помощь не могла придти так быстро. В лучшем случае отец здесь будет через двадцать минут. Что же тогда?
Пока пытался найти объяснение творящемуся, услышал как несколько пар ног несутся по коридору в сторону подвальной кладовки где меня держали. Далее раздались неясные крики, со стороны лестницы послышался гомон голов и топот. Вслушиваясь в обрывки фраз, до меня стало доходить, что тут творится. Причиной переполоха стало не моё исчезновение, о пожаре узнали только что, судя по обилию мата возвращающихся с конца коридора бойцов. Перед тем, как в конце левого крыла прогремел взрыв, последним, что мне удалось разобрать, как в холе кто-то громко, повелительным голосом скомандовал «Уходим! Мышкин скоро будет здесь».
Глава 6
Ну, Ставр! Хватит, а?
Он тебе написал, а не мне Может, я что-то не так делаю?
Всё ты так делаешь, Ставр! У меня номер легче, вот Стас мне и написал.
Может, я излишне строг? Как ты считаешь?
Ставр! Ты и должен быть строгим! Этим чертенятам только волю дай! Они на плечи тебе сядут и ноги свесят! Немного замявшись, но решая рубануть «с плеча», старый вояка добавил. Но иногда не мешает быть чуточку эмоциональнее.
М-да Ты прав, Федя, но почему он тебе написал, а не мне?
НачальничОк, дистанция четыре киломитера.
Не паясничай, Рикошет, и уши не грей!
Ладно, ладно Понял, шеф. Зауважал, все дела, там. Не слышал ничего в спикере то Усмехнувшись, мужчина лет тридцати пяти обратился к главе рода лицо которого вновь посуровело. Ставр Львович, правда не слышал! Мне уши заложило и память плохая. Иногда забываю, как этой штукой управлять.