Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
Добрынин на связи, дрожащим от счастья голосом отозвался я.
Слава богу! Я думал никто из вас не выжил! Добрынин, быстрее двигайтесь к нашему шлюзу! Мы падаем! Если в ближайшие десять-пятнадцать минут не удаться вернуть станцию на орбиту, мы обречены! отрывисто прокричал астронавт.
Он был прав. Самый простой и быстрый способ проникнуть на станцию сейчас пробраться к шлюзу американского сегмента. Тем более если станция начала падать, то у меня катастрофически мало времени. Вопрос только в том, с какой стати она начала падать? Какая сила заставила ее сойти с орбиты? Удар маленьких осколков не был настолько сильным, чтобы их энергии хватило на значительное перемещение нескольких сотен тонн металла. Значит, существует еще какая-то сила, которая тащит нас вниз.
Цепляясь за поручи там, где они были установлены, и за любые другие выступы, я медленно плыл над корпусом. Боясь оторваться от станции, так как трос из недостаточной длины пришлось отцепить. Слева от меня проплыло что-то белое. Я обернулся и увидел, что это был человек. Он безвольно дрейфовал около разбитых солнечных батарей вместе с обломками. Никакого движения рук или ног не наблюдалось.
Вижу человека! сказал я.
Да это Грин. Но, по всей видимости, его убило осколком. Осака видел, как из его скафандра выплеснулась кровь, ответили мне.
Наконец добравшись до американского шлюза, я обратил внимание, что пробиты почти все модули. Маленькие воздушные гейзеры сочились тут и там. Удивительно, что при такой плотности осколочной волны не задело ни меня, ни Осаку. Было бы не плохо знать, что же над нами такое рвануло? Какой-то спутник или что?
Как у вас с давлением? Я вижу многочисленные пробоины в корпусе.
Медленно падает. Но это неважно я уже надел спасательный скафандр, ответили со станции.
Кроме Цыплакова на борту оставалось двое американских астронавтов: Робертсон и Маккол. Трое американцев и японец прилетели лишь неделю назад. И толком познакомиться мы еще не успели, поэтому было не мудрено, что я не узнал голос.
Это Маккол? наугад спросил я.
Нет, к несчастью, бортинженер погиб.
Я сглотнул. Кажется, досталось не только нашему основному модулю.
Как это произошло?
Когда по нам ударил поток осколков, он был другом в модуле А теперь там вакуум, Робертсон сказал это почти как Левитан объявивший о начале Великой Отечественной. Боюсь, ваш главный модуль тоже остался без атмосферы. Разгермитизация произошла на столько быстро, что Цыплаков вряд ли успел надеть скафандр.
Еще минуту-другую назад я разговаривал с ним, и вдруг узнаю, что человека больше нет. У меня защемило в груди лишь от одной мысли, что Цыплаков как и Грин безжизненно болтается в пустоте. Но лицо Грина, по крайней мере, скрыто шлемом, от чего кажется, что это не человек вовсе, а какой-нибудь робот. Может быть, Степаныч и недолюбливал меня, но за два месяца нахождения на станции мы невольно сблизились. Мне не хотелось верить, что его жена и двое детей не дождутся мужа и отца, что Цыплаков больше никогда не вернется домой и не сядет за обеденный стол поесть любимого борща, о котором он вспоминал в течение всего полета.
Робертсон, а где Осака? Я его не вижу.
Японец ответил сам.
Я уже в шлюзе. Жду вас.
Мы поместимся вдвоем?
Должны, это новый шлюз.
Пока я забирался в шлюз, вновь заговорил Робертсон:
Скажите, Добрынин Я знаю, что это может задеть вас, но ваш спутник мог как-нибудь повлиять на то, что произошло потом?. Понимаете, я видел вспышку и, в общем, те, что произошли за ней они были такие же, как и та первая около вашего спутника.
О господи, спутник! Я уже почти забыл про него. Ведь я так и не узнал, для чего он предназначался и поэтому был не в состоянии ответить американцу что-либо вразумительное. Вопрос Робертсона вновь заставил меня вспомнить о Хиросиме. Вдруг мы сами, не зная того, испытали какое-то страшное оружие?
Мне известно только, что это был спутник связи, коротко ответил я.
Робертсон тяжело вздохнул.
Ну, хоть сейчас давайте избежим секретности! Какое-то это имеет значение теперь!
Я начинал сердиться, хотя и понимал его состояние.
Послушайте, Робертсон, я действительно ничего толком не знаю. Запросите ЦУП, там вам все пояснят!
Если бы у меня была связь с Землей, я бы вас не спрашивал! нервно произнес Робертсон.
Черт, я не думал что все настолько плохо, только и смог сказать я.