Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
Куда там! Я и так выжал из себя все возможное. Робертсон понял, что я уже не способен идти быстрее и, выдернув из моей руки лямку, стал нести рюкзак в одиночку. Наконец я увидел прямо перед собой кусты можжевельника, за которыми начиналось резкое углубление. И слетел вниз, плюхнувшись в грязь, посреди которой тек узенький ручеек мутной теплой воды. Встать самостоятельно я уже был не в состоянии и стал двигаться дальше на четвереньках, пока Робертсон не вытащил меня на противоположный берег. Там я устало рухнул в траву и замер, не в силах больше двигать ни одной конечностью.
Сквозь звон стоявший в ушах, я слышал, как Робертсон стал ковыряться в мешке, что-то ворча себе под нос. Моя попытка приподняться закончилась плачевно содержимое желудка изверглось из меня на траву.
Отодвигаясь от собственной блевотины, я вдруг подумал, что завтрак я съел еще в космосе, а вытошнило меня уже на земле. Был в этом какой-то символизм. Так же и вселенная, не переварив наши глупые консервные банки, которые мы гордо именуем кораблями и станциями, отрыгнула их обратно за Землю. Мне казалось, что после такой страшной катастрофы человечество оправится еще не скоро, и я уже никогда не полечу в космос. Притяжение будет давить, давить и давить на меня, пока не вгонит в могилу
Американец растормошил меня.
Добрынин у вас сотрясение, выпейте, это должно помочь.
Он протянул мне флягу и маленькую белую капсулу. Честно говоря, я не был уверен, что смогу что-либо проглотить. Однако попытался это сделать. Капсула с трудом пролезла через горло и с большим глотком воды улетела в пищевод.
Лежите на спине и не шевелитесь. Через пару минут она раствориться, посоветовал мне Робертсон.
Но я бы обошелся и без его советов, потому что лежать это единственное, что я сейчас мог.
Робертсон вынул из рюкзака радиостанцию и включил ее в режим сканирования, пытаясь уловить хоть какие-то осмысленные сигналы. Шум стал немного тише, но все равно заглушал любую волну в эфире.
Пожар тем временем подступил совсем близко к противоположному берегу и остановился, не в силах преодолеть водную преграду. Хорошо хоть ветер сносил дым в сторону от нас.
Вы слышите?! неожиданно спросил американец.
Ничего кроме звона в ушах и треска из вашей станции.
Да нет же! Что-то летит! он вырубил звук и только тогда я услышал медленно нарастающий гул.
Помощь! радостно провозгласил Роберстон.
Не прошло и минуты, как примерно в двух километрах к северу от нас показался вертолет. Я осторожно приподнял голову, опасаясь новых приступов тошноты, и увидел, что он летит мимо нас.
Американец поспешно вынул из мешка ракетницу и запустил сигнальную ракету в воздух. Никакой реакции не последовало. Вертолет не изменил своего курса.
Черт возьми! ругнулся он и вновь включил радиостанцию.
На этот раз ему повезло больше. Сквозь грохот и треск до моих ушей донеслись несколько слов:
«Сокол», говорит «Сокол» «Гнездо» Я тебя не слышу!
Я ничего не понимаю! Он говорит по-русски! Добрынин, попробуйте вы!
Он протянул мне микрофон и, продолжая держать его над моим лицом, добавил:
Говорите же что-нибудь!
Нам срочно нужна помощь! Космонавтам требуется помощь! Позывной «Буян»! Ответьте, «Сокол»! прокричал я на сколько хватило сил.
Робертсон в надежде на скорый ответ переключил станцию на прием, но похоже, нас не услышали. Вертолет продолжал двигаться своим курсом и вскоре исчез за верхушками деревьев. Мы попробовали вызвать их еще раз, однако результат был тот же. В эфире слышались лишь грохот и треск.
Почему они не услышали нас!? недоумевал американец. Ведь мы же их слышали!
Возможно у них более мощный передатчик. И как мне кажется, они тоже безрезультатно пытались до кого-то докричаться.
С тяжким вздохом американец лег на траву.
Это все ваш спутник принялся он за старую песню.
Пытаясь увести разговор в сторону, я спросил:
А как же система оповещения?
Связи со спутниками нет. Либо они рухнули, так же как и станция, Либо связи мешает этот странный источник помех.
Сдается мне, что они рухнули. Пока вы искали Осаку, я видел, как с неба падало большое количество каких-то объектов.
Я тоже видел их, когда мы шли. Но это могли быть обломки станции.
Вам не кажется, что они слишком долго падали
Промолчав немного, он ответил:
Кажется, но что это меняет?!