Всего за 299 руб. Купить полную версию
Зак!
Он торопливо сунул тетрадь в карман жакета и полез обниматься. Мне стало неудобно. Грязная, взлохмаченная, с красным лицом и опухшим носом. Я, наверное, походила на бродяжку. Но Зака это ничуть не смущало. А мне от его объятий стало хорошо. Доверчиво уткнулась ему в плечо и шмыгнула носом. Парень прижал мою голову, трепетно погладил по волосам. Слез у меня не было, просто стояла и дрожала в его объятиях до тех пор, пока не смогла успокоиться и взять себя в руки. Все это время он прижимал меня к себе, и я кожей чувствовала доброту, исходящую от него, и осязаемое тепло, от которого становилось легче. Обиды, боль и страхи все пропадало в жарких объятиях Зака. И сердце оттаивало.
Я экзамены на отлично сдал! сказал он как бы между прочим. Сейчас списки вывесили. На факультет магов приняли.
«Темных», подумалось мне. Других в институте проклятых быть не может. И сразу вспомнились те двое в коридоре. Нет, Зак никогда не станет таким равнодушным и злым. Зак он другой, светлый и радостный солнечный лучик в темных коридорах проклятого института. Почти незнакомый, но уже успевший стать близким человечком.
А ты тоже поступать?
Меня этот вопрос выбил из состояния умиротворения.
Я уткнулась лбом в грудь Зака и отрешенно выдохнула.
Уже поступила.
Он напрягся.
На какой факультет?
Я пожала плечами. Тогда парень отступил, убрал прядь ниспадающих на мое лицо волос, попытался заглянуть в него.
Ты не очень хорошо выглядишь.
Неудачный день, призналась я и подняла голову. Выглядела я, видимо, намного хуже, чем представляла себе. А что можно было ожидать после всех потрясений, выпавших на мою долю всего за один день?
Все это отражалось на моем лице.
Расскажешь?
До канцелярии проводишь? в ответ попросила я.
Он кивнул, взял меня под локоть, и мы, обходя радостных от поступления и не очень радостных от направления на не желаемый факультет студентов, направились по коридору.
М-да, плохо, протянул он. Я шла, опустив голову. После пересказа мне и самой уже казалось, что хуже некуда. Но знаешь, ректор Риган студентов в обиду не дает. Если сказал, что здесь тебе ничего не угрожает
Он не сказал, он предупредил вздохнула я, крепко вцепившись в руку Зака, и почувствовала, как сжимает мою шею тонкая цепочка амулета. Мы спускались в полуподвальное помещение. Здесь было еще темнее, чем в коридорах, и холодно. Меня даже знобить начало. Мельтешащие магические огоньки под потолком едва освещали узкий коридор. И двери в нем были плотно прикрытые, черные. Без каких-либо вывесок.
Он прав, тебе нужно остаться в академии, уверенно втолковывал Зак, грея мою ладонь в своей. Я ведь еще в дороге увидел, что ты с проклятием. Уверен был, что ты придешь в институт. Не думал, что это вот так выйдет
«Знал?» Он увидел вопрос на моем лице, покраснел, закусил губу.
Да Это у меня побочный эффект Вижу всех, кто с проклятием.
Я вздохнула, поежилась, но больше не от холода, а от охватившего меня страха. Чем дальше мы шли, тем тусклее становились огоньки и темнее коридор, а стены выше и промежуток между ними уже.
Значит, друзья по несчастью? У меня потихоньку начинали стучать зубы. Да где же эта канцелярия?
По проклятию, поправил Зак и остановился. Пришли, он указал рукой на единственную широкую дверь, имеющую вывеску с золотой надписью: «Канцелярия».
Ты иди. Зак погладил меня по озябшим плечам и отчего-то боязливо покосился на золотую вывеску. Я здесь подожду, сказал извиняющимся тоном и постарался улыбнуться, только уголки губ дрогнули, и выглядел он теперь испуганно. После такой мимики трясти меня начало сильнее.
Я уныло посмотрела на отступившего в полутьму Зака и, открыв дверь, осторожно переступила порог.
Если бы сил у меня было побольше, я бы завизжала. Но я только приглушенно прошептала разом севшим голосом:
Мамочки! от неожиданности.
За высоким столом, захламленным кучей бумаг и папок, сидела худая высокая женщина в черном облегающем платье. Волосы собраны в строгую прическу, заканчивающуюся ракушкой на затылке. И все бы ничего, вот только она была мертвой. Как есть! Бело-серое лицо с выступающими скулами. За круглыми очками пугающие черные глазницы. Вот этими глазницами она на меня и уставилась. Поправила костлявой рукой тугой воротник, скрывающий тощее горло, и хмыкнула, наблюдая за мной, ошарашенной ее видом.
Новенькая? голос шел, будто из-под земли, глухой и пугающий.
Я растерянно кивнула и припала спиной к стене, взирая на то, как она быстро, тощими пальцами, обтянутыми серой кожей, перебирает бумаги. А те были везде на столе, на полу, на высоком, затянутом траурными занавесками окне и многочисленных полках.
Факультет?
Спросила не глядя. А у меня сдавило горло, я не могла слова сказать.
Она перестала листать бумаги. Посмотрела на меня холодно, чуть приспустила очки. У меня пол под ногами покачнулся, и стена начала уходить в сторону.
Стоять!
Вскинула руку, от ее пальцев ко мне потянулась волна. Окутала, поддерживая. Слова заклятия, незнакомые мне, прозвучали в воздухе и расплылись вместе с волной. Спазм в горле спал, дыхание стало ровнее, да и самочувствие улучшилось.