Гной почтительно посмотрел на выдранные из журналов постеры, украшавшие стены каморки: там была Божественная Лара Крофт (Гной давно дал себе слово, что женится только на ее двойнике), страшные монстры, не менее страшные роботы и, конечно же, отважные эльфийские воительницы в металлических бюстгальтерах. «Мания страны навигаторов» слегка хитрила, превращая в постер центральный разворот журнала; Гной не уставал бичевать их в письмах за то, что на бумаге остаются дырочки от скрепок. Терпеть такой произвол становилось все невыносимее!..
Diablo II сразу же подтвердила все опасения Юрика: Игорь Шварцнеггер, несмотря на свою несомненную объективность, в игре не разобрался. В голове Гноя сразу же сформировалась сентенция из будущей «статьи»: «Вот Вы говорите что очень низкое разрешение 640х480 и ничего не видно :((((... А на самом деле так играть гораздо удобнее потомучто не отвлекаешся на постороннее :)))... А кому не нравиться тот пусть покупает приставку :)))))...» Гноя смущал коварный мягкий знак в глагольных формах с окончаниями «тся» и «ться», поэтому он на всякий случай всегда его ставил – пусть будет. Многоточия же были для глубокомысленности, чтобы читатель понял – он, Юрий Череп, свое дело знает.
Бесплатные 10 минут от щедрот настоящего гэймера промелькнули как всегда незаметно – едва Юрик разошелся, как из каморки донесся гнусавый голос администратора: «Время на второй!..» Гной начал было со вздохом выползать из подвала, но тут события приняли неожиданный и, как оказалось позднее, драматический оборот. Сергуня, вопреки своим правилам, догнал Гноя на ступеньках и возбужденно спросил:
– Юрец, есть полтинник?
Гной настолько привык быть Гноем, что даже не сразу среагировал на записанное в собственном свидетельстве о рождении имя.
– Не... Двадцать есть. А тебе зачем?
Сергуня придвинулся к Гною вплотную (пахнуло три дня не чищенными зубами) и тихо сказал:
– У Длинного днюха, бухнем сегодня в офисе. Давай баблосы!
Длинный, который был сергуниным ночным сменщиком, называл себя «хардкорным гэймером»: он играл только в походовые стратегии, вышедшие не менее пяти лет назад, и мог часами вести дискуссии на тему радикальных отличий Panzer General от Panzer General 2. Гной его в принципе уважал, но считал чересчур зацикленным – все игры, в которых были заняты девы в меховых либо стальных бюстгальтерах, он называл «детсадовским говном», а с такой постановкой вопроса Юрик был в корне несогласен.
Дальнейшие события разворачивались с чрезвычайной быстротой. Гной как самый младший метнулся к киоску с избыточной вывеской «Коммерческий магазин» и на выданные Сергуней деньги купил несколько бутылок горькой настойки «Старорусская», три пакетика концентрата «Юпи» и банку кильки в собственном соку. Прижимая пакет к груди, Гной мчался в зловонный подвал в смешанных чувствах: его отношения с алкоголем как-то пока не складывались. Все одноклассники (кроме полудурочного слюнявого Васи Цыбина), судя по разговорам на переменах, давно уже «бухали по-синему» – Гной такие беседы поддерживать боялся по незнанию предмета. Те немногие дни рождения, куда его приглашали, обходились кислым дешевым (а иногда и безалкогольным) шампанским; от пива он почти не пьянел, зато перманентно страшно хотел в туалет; водки же до сегодняшнего дня Юрику пить не доводилось.
Через полчаса заседание в «офисе» шло полным ходом: Длинный, так и не сняв покрытого катышками черного пальто, ловко вылил настойку в пустую пластиковую бутылку из-под напитка «Херши», добавил пакетик «Юпи» и энергично взболтал. Гною досталась грязная чайная чашка с надписью «Сережа»; первый глоток он отпил с некоторой опаской и потом долго прислушивался к ощущениям. Внутри потеплело. Юрик выпил до дна и смело налил себе еще.