По сравнению с огромным ростом Волка, Марина рядом с ним выглядела, как Красная шапочка, но вела себя совершенно иначе, чем в сказке: робкий взгляд из-под лобья, несмелая улыбка, яркий румянец. Ох, подруга!
— Прекрати на нее орать! — вступилась я за Марину, пока ту удар не хватил, — иначе мы никогда не доберемся до финиша.
В итоге подруга вывела нас на очередную поляну и разревелась, в клочья порвав карту местности.
Волк демонстративно отнял у меня копию и стал вертеть ее в руках, я тут же присоединилась к нему, склонив голову и обсуждая с парнем, каким путем быстрее добраться до исходной точки, а Марина тем временем психанула и убежала в лес.
— Марин! — крикнула я однокласснице, но той уже и след простыл.
— Она же заблудится там, — заволновалась Светка Жукова с моего математического потока. — Даш, бегите за ней, мы тут будем ждать.
Я рванула в кусты одновременно с Волком. Он курировал нашу группу и за каждого ученика отвечал перед физруком своей головой.
— У вас в классе вообще нормальные девчонки есть? — ворчал парень, окликая подругу по имени.
Мне было не до перепалок с Волком, я слишком сильно волновалась за Марину и надрывала голосовые связки до хрипоты.
Через пару минут мы услышали короткий жалобный крик и раздавшиеся следом хруст веток и рыдание.
— Черт! — выругался Волк, — что там еще?
Мы стали лезть через совершенно непролазные дебри, когда со стороны деревьев вырулил Домовой.
— Проблемы? — спросил он друга и тот коротко пересказал о случившемся. На меня Домовой даже не взглянул, что немного задело. Быстро же прошли его чувства, если таковые вообще имелись, хотя, кого стоит в этом винить?
— Она могла скатиться по склону, — напряженным голосом предположил Волк, продолжая идти и звать Марину по имени, но та не откликалась.
— У нее совсем мозги отшибло, что ли? — орал бугай, — какого хрена она усложняет нам задачу?
— Прекрати орать. Ей просто стыдно за свой поступок и неудачу. Ты совсем не знаком с женской психологией?
Поймала на себе заинтересованный взгляд Домового и поспешила отойти от него на приличное расстояние. Не хватало еще растекаться лужицей у ног директорского сыночка.
— Волк, она в овраге! — крикнул спустя минуту парень, — тащи сюда веревки!
Я осталась на склоне в компании Домового и моей незадачливой подруги.
— Марин, ты как? — спустилась я в овраг, предостерегаемая наставлениями «Занозы в заднице».
Подруга плакала, размазывая по щекам грязь и слезы. Ее нога была вывернута под неправильным углом, что абсолютно точно означало перелом.
— Господи боже! — вспомнила я Всевышнего, аккуратно опускаясь рядом с Мариной. — Болит?
Но меня снова игнорировали, скорее всего, обвиняя во всем случившемся.
Неужели, это окончание нашей зарождавшейся дружбы и все из-за парня?
Волк и Домовой закрепили на ноге подруги шину и втащили ее наверх, усадив на носилки, сооруженные наспех ребятами из нашей пятерки. Гнетущее молчание прерывалось только частыми вздохами парней, тащивших Марину, и хрустом под ногами. К финишу мы пришли последними, а физрук уже ждал с машиной, чтобы отвезти пострадавшую в травмпункт. Как ни странно, но Волк залез следом за учителем, а я поплелась в сторону автобуса.
— Не переживай, она поправится, — догнал меня Домовой, положив руку на плечо.
— Она меня ненавидит, — ответила я парню.
— Может, скажешь, за что? — мгновенно отреагировал Домовой.
Посмотрела в его темные встревоженные глаза и захотела довериться. Пусть мне потом придется пожалеть об этом, но зато смогу понять, что собой представляет директорский сынок.
— Марина ревнует меня к Волку. Поэтому она психанула и убежала в лес.