Всего за 199 руб. Купить полную версию
Этери с любопытством вытянула шею, однако из-за довольно высокой стойки рассмотреть ту самую Любу не могла. Разве что самый верх её довольно странной прически.
— Люба! — рявкнул Марк.
— Ну, и чего орать? — шмыгнула носом женщина, выбираясь из кресла. Выглядела она достаточно колоритно в хлопковом костюме в узорах из огромных розоватых роз, тесном на её достаточно пышной фигуре, и с начёсом, вышедшем из моды еще при Горбачёве.
— Ты что… ты что, его обратно приняла, да?!
— И никого я не принимала… — пробубнила та.
— А фингал у тебя под глазом откуда? Опять на косяк в темноте напоролась? — зарычал Марк. — Так, ладно. Это давно пора было сделать…
Самаров крутнулся на пятках и вышел прочь из приемной. Этери, застыв, глядела ему вслед, а вот Люба, напротив, выскочила из-за стойки и с удивительной для такой комплекции скоростью ринулась догонять начальника:
— Нет! Нет, Марк, поросячья морда, не смей! Слышишь?! Не трогай ты эту скотину!
Этери вскинула брови. Она пыталась представить, чтобы кто-то из ее многочисленных помощников посмел назвать её «поросячьей мордой» — и не могла. Видимо, стиль общения с руководством в глубинке сильно отличался от принятого в столице. Почему-то ей стало смешно.
Где-то на улице взвизгнули шины. Этери пересекла вполне солидную приемную и подошла к окну. Люба стояла внизу, уперев ладони в колени, как бегун на финише марафона. От частых глубоких вдохов её грудь, с трудом втиснутая в пиджак, ходила ходуном. Этери всерьез заволновалась, как бы та вовсе не выскочила наружу. Оценила степень угрозы и Люба. Выпрямилась. Для надежности стиснула полы пиджачка руками и, повесив голову, пошла к крыльцу.
— Все. Не видать нам завгара… И это в разгар первой уборочной… — покачала она головой, возвращаясь на рабочее место. От этого движения начёс на голове женщины угрожающе покачнулся. Этери затаила дыхание, гадая, не упадет ли тот совсем.
— Почему не видать?
— Так ведь убьет его сейчас наш кормилец. Завгара-то.
— За что? — прищурилась Этери, отметив про себя, как подчиненные называют Самарова.
— А вот за это! — Люба постучала себя по щеке, на которой под толстым слоем грима все же виднелся синяк. — Уж и на развод подала, а он все права качает! Марк бы его давно уволил, но я ж за эту скотину просила…
— А просила зачем? Жалко, что ли?
— Бывшего? Да ну прям. Если кого мне и жалко, то Марика. Где бы он себе такого толкового завгара нашел? Руки-то у этой скотины — золотые, а то, что он их распускает… — Люба отбросила очки и, печально вздохнув, принялась суетиться в небольшом закутке между стеной и шкафом: — Чаю выпьешь?
— Да я бы уже лучше к работе приступила.
Ответить Люба не успела — зазвонил телефон. Секретарша покосилась на него, но так и не сняла трубку.
— Из банка все утро звонят. Нам по залогу платить — а нечем. Все наперекосяк.
— Что так? — поинтересовалась Этери, чтобы просто поддержать беседу. Ведь в тот момент она даже представить не могла, насколько Люба в теме всех происходящих на ферме дел. Та усадила ее за свой компьютер, открыла хранящуюся на сервере папку с фотографиями и ткнула в еще один файл:
— А вот здесь подробное описание каждого продукта. Мы с технологами, знаешь, сколько времени на это убили — тьма! Слушай, а может, я попрошу Димку наладить тебе удаленный доступ?
— Это было бы просто прекрасно.
— А еще я в гараж позвоню. Надо парней предупредить, что Марк едет.
Пользуясь тем, что Люба была явно не в себе, Этери сунула нос вовсе не в те папки, что ей разрешили. Она пролистала кое-какие отчеты и, понадеявшись, что Марк того не заметит, заглянула еще и в бухгалтерию.
— Ой! Вот это я засиделась! Ну-ка! Седьмой час уже. Закругляемся…
— Угу… Слушай, Марка все нет, не знаешь, кто бы меня мог подкинуть до дома?
— Я и подкину. Мне не трудно. Куда ехать-то?
— Так ведь к Марку, куда ж еще?
— Значит, не зря люди болтают? Ты и впрямь у него живешь?! — от любопытства Люба даже, кажется, забыла о собственных горестях. А Этери насторожилась. Что? О них сплетничают?! Вот так сюрприз.