— Может быть, ты все-таки не пойдешь? — спросила Селен, когда они вышли из кафе.
Майкл не ответил. Он знал, чем кончится этот разговор, и впервые за долгое время не собирался уступать. Быстро переодевшись, он взял с собой заранее приготовленный пакет с вещами и сел в машину. До здания Космопорта еще нужно было добраться.
— Конечно, я не могу, да и не вправе тебе помешать, но мне очень не нравится эта идея, — промолчав большую часть пути, Селен снова заговорила. — Ты ведь не солдат! Ну скажи, просто скажи — зачем?
— Милая, мы уже об этом говорили не один раз, — ответил Майкл, круто сворачивая на повороте.
— Это не выход, Майкл, — снова нахмурилась Селен. — Ты просто пытаешься сбежать. И в первую очередь, от самого себя.
— Возможно, — со скрипом согласился Майкл. — Но ты должна лучше всех понимать, что мне это действительно нужно.
— И это так, — тихо ответила Селен. — И мне кажется, я понимаю тебя лучше, чем ты сам себя можешь понять. Но Майкл… скажи, разве… разве можно убежать от себя?
— Нет, но я попробую, — и он до упора выжал педаль газа.
***
Медкомиссия растянулась почти на шесть часов. Большую часть этого времени они с Селен пролежали в капсуле компьютерного мониторирования. Один раз Селен попыталась с ним заговорить, но Майкл шикнул на неё, боясь, что она может испортить показания приборов. К счастью, этого не произошло, и после относительно недолгого ожидания ему наконец выдали бумажку. Разворачивал он её с бьющимся сердцем, не совсем понимая, какой же вердикт ему больше хочется увидеть.
— Даже не знаю, радоваться мне или нет, — заговорила Селен, когда Майкл пробежал глазами по ровным строчкам в третий раз.
Он аккуратно свернул лист вчетверо, сунул его в нагрудный карман куртки и вышел на улицу.
Пригоден… Пригоден!
Казалось, заветная бумага пульсировала в унисон с его сердцем — наконец-то у него появился шанс! Шанс, ради которого он не щадил себя тренировками и специальными диетами. Шанс, которого он ждал весь последний год. Однако бескрайней радости, вопреки собственным ожиданиям, Майкл не испытывал. Вот если бы их забрали на учебный полигон прямиком из приемной! Как бы это враз все облегчило! А так всем пригодным еще зачем-то дали три дня на обдумывание и сборы…
— Что ты будешь делать с приютом? — чуть напряженный голос Селен вырвал его из размышлений.
— Да там и делать-то ничего не надо, — ответил он, снова садясь за руль. — Уже всё отлажено. Справятся и без меня.
Он медленно выехал на шоссе, уже никуда не спеша. Его жизнь изменится только через три дня, и нужно было придумать, чем их занять.
* * *
Первый свой полет на большом глянцево-блестящем шаттле Майкл совсем не распробовал: не было ни окон, ни каких-либо признаков ускорения. Как на метро прокатился. Это слегка разочаровало, будто ему кто-то что-то пообещал, но так и не сдержал обещание.
Ощущения того, что он попал в армию, тоже не было, но это как раз радовало. Сопровождающие их военные были вежливы, никто не кричал и не требовал дисциплины. Всё было настолько странно, что даже Селен притихла.
— Признаться, я ожидала другого, — она заговорила спустя полчаса. — Чего-то более масштабного.
Майкл кивнул, выражая полное согласие, и посмотрел на часы на руке — лететь им предстояло еще долго. Признаться, повсеместная тишина среди таких же, как он, новобранцев, немного тяготила, но и навязываться с разговорами он ни к кому не хотел.
— А помнишь, как мы на море ездили? — спросила Селен, вновь не выдержав молчания. — Можно представить, что и сейчас мы просто летим в самолете на побережье… Или на остров.
— Мы летим на тренировочную станцию, — серьёзно сказал Майкл. — Учиться и работать. Время отдыха прошло.
Он закрыл глаза, откинул голову на удобную спинку сидения. Если бы он мог видеть Селен, то наверняка натолкнулся бы на ее испытующий взгляд.
— Я в курсе, — неожиданно спокойно ответила она. — Но все же буду надеяться, что в зоне отдыха у нас будет бассейн и хотя бы нарисованные пальмы.
— Ну да… — хмыкнул Майкл. — А еще ледники и канатные дорожки.
— Ну это уж точно без меня, — заявила Селен. — Терпеть не могу холод.
— Без тебя? — удивился Майкл. — И чем же ты займешься, если я вдруг решу прокатиться на лыжах?
— Буду всячески отговаривать тебя от этой затеи, — ответила она, и Майкл почувствовал, как ухо опалило ее дыхание. — Проверенными методами.