— Через пять дней. Надеюсь, успеет…
Знакомство с Талли вызвало у Фралии восторг: «шить платье настоящей эльфийке — это такая честь!» Обсуждение фасонов, ткани и снятие мерок заняло почти два часа. На вопрос Талли, можно ли надеяться на то, что платье будет готово к балу, Фралия с жаром заверила, что она точно его сошьет, даже если придется работать целыми ночами.
Мы уже собирались уходить, когда в комнату вбежала Салия, тут же бросившаяся обнимать меня. Увидев Талли, она застеснялась и попыталась спрятаться за кресло.
— Милая, это Талли, она мама Кэла, моего жениха, помнишь его? — спросила я, опускаясь так, чтобы наши лица оказались на одном уровне.
— Да, помню… — кивнула та и шепнула мне на ухо, — она такая красивая, прямо как в моей книжке со сказками.
— Да, и очень добрая, — ответила я ей.
Салия важно кивнула и подошла к Талли, протягивая ей ладошку:
— Здравствуй, Талли, я Салия!
— Я очень рада познакомиться с тобой, Салия, — улыбнулась ей Талли, взяла руку Салии в свою и вдруг вздрогнула и перевела взгляд на Фралию.
— Фралия, а вы знаете, что ваша дочка — будущий маг?
Та охнула и удивленно уставилась на Талли:
— А разве можно это так рано определить? Ей ведь всего восемь!
— Обычно нет, но я маг Жизни, и в Салии я чувствую то же самое. Это пока лишь тень, отблеск, я бы и не заметила, не дотронувшись до нее. Так что она будущая целительница, и возможно, довольно сильная — раз я смогла ее почувствовать так рано.
— Ой, — Фралия прижала ладони к щекам, — значит, она сможет в Академию поступить, когда вырастет? Надо будет ее учить хорошенько… Спасибо вам, тари, за такую новость!
Когда мы вышли на улицу, я спросила Талли:
— Талли, я чувствую, что вы чего-то недоговариваете. Что-то не так с Салией?
— Есть кое-что… — протянула она, и тут к нам подошли Кэл и Ларт, ожидавшие в трактире напротив. Ларт вгляделся в лицо жены:
— Талли, что-то случилось? Пойдем-ка, милая, Кэл сказал, что тут недалеко хорошая кондитерская, выпьешь отвара, съешь пирожное и все расскажешь, хорошо?
Талли кивнула, с нежностью глядя на мужа.
Когда мы съели по пирожному, Талли отставила чашку, вздохнула и сказала:
— Лин, когда я говорила, что малышка Салия будущий маг Жизни, я сказала правду, но не всю. Дело в том, что она еще и видящая…
— Видящая?! Пророчица?! — Кэл был поражен.
— Да, совершенно точно, — кивнула Талли, — бедная девочка…
— Получается, то, что она говорила Лану, может быть не просто словами малышки, очарованной взрослым мужчиной, а пророчеством, — я произнесла эти слова машинально.
Талли встрепенулась:
— О чем это ты?
Я рассказала ей историю знакомства Лана и Салии, и слова девочки относительно того, что они поженятся, получив в ответ облегченный вздох:
— Дай-то Боги, чтобы это было пророчество! — и пояснила, глядя на наши удивленные лица, — если это так, то её замкнет, как меня, на родных и близких, а это точно лучше, чем стать полноценным пророком и служить инструментом для власть имущих. Мне бы на Лана повнимательней посмотреть, сказала бы точно…
— Если все получится, сегодня вечером и посмотришь, — кивнул Кэл, — ну что, дальше по лавкам?
К тому времени, как мы подошли к «Пьяному петуху», я точно уяснила две вещи: первая — моя будущая свекровь очаровательная женщина, но ходить с ней за покупками я не буду, а вторая — Ларта и Кэла впору причислить к лику святых! Честно говоря, я бы все это купила раза в три быстрее… dd› Посиделки в «Пьяном петухе» прошли, что называется, на ура. За час до полуночи мы распрощались с друзьями, решив проводить родителей Кэла до постоялого двора. Мы вчетвером неспешно шли по уснувшим улицам Тар-Каэра. Снег, что пошел вечером, укутал город в белое покрывало, скрыв серые мостовые и голые ветви деревьев. Под светом магических светильников он играл разными красками, так что порой казалось, что ты ступаешь по радужному ковру, а украшенные к празднику дома походили на елочные игрушки. Было восхитительно так идти, вдыхая свежий морозный воздух и слушая тихий скрип снега под ногами. Молчание прервала Талли: