Я сидела на обрыве, болтая в воздухе ногами, слушала крики птиц и бурление воды в тысячах метров под собой. Быстрая река точила камни, камни становились тоньше. Казалось, именно так поступает время с людьми. Опыт делает нас острее, но потом стачивает до конца. Глупая мысль. Неуместная, но меня зацепила. Мне хотелось продолжить думать об этом, представлять, что я камень, который стоит веками на этом месте и борется за то, что не имеет смысла. Зачем бороться, если вода все равно меня сточит? Зачем? Нет таких причин. Значит, это никому не нужно!
Я легла, откинувшись назад.
Нет, я не камень. Я — вода!
Лежала, закрыв глаза, а в голове крутилось старое стихотворение.
"Я спокоен, я иду своей дорогой.
Не пою, что завтра будет веселей.
Я — суровый,
я — суровый,
я суровый.
Улыбаешься в ответ:
а я — сирень.
Застываю рядом с мраморной колонной,
Удивляюсь, почему не убежал.
Я — холодный,
я — холодный,
я — холодный.
Улыбаешься в ответ:
а я — пожар.
Я считаю перебранку бесполезной.
Все в порядке, пусть любовь повременит.
Я — железный.
Я — железный.
Я — железный!
Улыбаешься в ответ:
а я — магнит.
(Роберт Рождественский)
Шорох и скрип камней заставили меня перевернуться на живот, приподняться и вглядеться в темноту. Из леса на меня смотрели янтарные волчьи глаза. Яркие, голодные, но теплые. Я почему-то во сне была абсолютно уверена, что этот волк никогда не причинит вреда. Что он самый сильный, но самый добрый.
Зверь пригнулся и сделал аккуратный шаг вперед, будто боялся напугать меня.
— Знаю, кто ты, — хрипло призналась я и встала, чтобы тоже сделать шаг навстречу. Маленький. Боязливый. Но только с виду. На самом деле страха не было. Только чувство огромного восторга, будто я маленький ребенок, который обнаружил чудо под самым своим носом.
Настойчиво билась в голове мысль, как я раньше этого не поняла, не заметила, не осознала.