«Он съест тебя, как вампирский пирог».
— Пенелопа, меня там не было, но другие божества пошли посмотреть на Кинича, и увидели, как он впадает в безумие, когда чует даже несколько капель твоей крови. Для тебя и ребёнка будет лучше держаться подальше от него.
— Знаю. Ты права. Но почему тогда часть меня отказывается верить, что он способен навредить мне? Смешно, да?
— Иногда принять правду очень трудно. Как в тот раз, когда Симил привела снежного человека в мою квартиру в Италии верхом на единороге.
— Что?
«Ох. Думаю, это должно было остаться в секрете».
— Э-э… ничего. Я говорю, что Кинич пока останется в доме Хелены, чтобы я смогла присматривать за ним…
— Ты собираешься в Нью-Йорк? — Иш Таб кивнула. — Слава богам. Я знаю, что если кто и поможет Киничу, так это ты.
Вотум доверия был настолько хорош, что Иш Таб почти поверила в себя. Почти.
— Я позвоню, как только он сможет контролировать себя. — Взгляд Пенелопы внезапно опустел. — Пенелопа? Ты ведь хочешь, чтобы я позвонила? — спросила Иш Таб.
Пенелопа встала и снова подошла к окну.
— Интересно, полюбит ли он меня когда-нибудь так, как я люблю его. Может, этому просто не суждено случиться, как и сказал Зак.
«Зак? Этот сопляк?»
— Не слушай его.
— Зак предложил выйти за него, — проговорилась Пенелопа.
О. Это так неправильно. И так похоже на Зака. Он всегда брал всё, что хотел. Однажды он присвоил себе любимый остров Иш Таб на Таити, но что было, то прошло. И по совести говоря, боги склонны быть жадными, когда дело доходит до материальных вещей. Божественные заморочки.
— Как ты отреагировала? — спросила Иш Таб.
— Сказала, что подумаю. — Она посмотрела на свой живот. — Как я могу не подумать? Единственный интерес Кинича ко мне — кровь, и я недостаточно сильна, чтобы одной растить ребёнка.
Она потёрла лицо и застонала.
— И должна признать, что есть в Заке что-то, но что точно сказать не могу. Я чувствую, как меня к нему тянет.
Звучит подозрительно. Хотя никто и не знал, но все верили, что Зак является Богом Любви. Однако, за исключением очень специфических обстоятельств, Богу было запрещено использовать силы на братьях и сёстрах без разрешения. Это один из самых священных законов, стоящий наряду с путешествием во времени. Большой, нет-нет, огромный просто. Так Зак использовал свои способности на Пенелопе?
— Посмотри на меня.
Пенелопа подняла глаза на Иш Таб, и та посмотрела глубоко в её глаза. Хм-м-м… она не видела никаких странных цветов или остатков, которые могли бы указывать на нечестную игру, но это не её область знаний.
Однако она заметила серый оттенок в ауре Пенелопы. Как много печали.
— Я помогу тебе почувствовать себя немного лучше.
Пенелопа медленно покачала головой.
Иш Таб сделала глубокий вдох и визуализировала пустые клетки внутри тела. Она хотела, чтобы они приняли в свои объятия тьму Пенелопы. Иш Таб сжала плечо Пенелопы.
— Teen uk'al k'iinam. Teen uk'al yah.
«Я пью твою боль. Я пью твою боль».
Пенелопа застыла, а потом упала ничком, когда выпустила темноту, окутывающую её дух. Как только связь оборвалась, Иш Таб подняла Пенелопу, отнесла к кровати и уложила.