— Все посмотрите, не суетитесь. Только просьба, больше не проверять остроту своими пальчиками, да и вообще не шалите ими по лезвию. Сами понимаете — вещь интимная!
Всяческие хи-хи, ха-ха и различные фривольные комментарии показали, что девушки по достоинству оценили двусмысленность фразы.
— А кто самая смелая и покажет мне свой нож? — кинул клич в толпу рассматривающих нож ныряльщиц. — Чисто, на посмотреть?
— Я! — первая подскочила Аккит.
— Вот, гляди! — и, достав из простых кожаных ножен небольшой ножик, протянула мне.
Мда… Лезвие и ручка, оплетённая шершавым кожаным ремешком, выточены из одного куска, из какой-то очень твёрдой кости, что тут же подтвердило опознание…
"Часть центрального бивня Пилоноса. Усилено слабыми магическим воздействием "Крепитель". Обмотка — кожа Донного Улла. Прочность — средняя."
Немного информации, но всё же. Хотя и так видно, вещь не эксклюзив. Лезвие- обычный "лавровый лист", сантиметров пятнадцати, хоть и обработан качественно, но без изысков. Не скажу, что он был совсем тупой, но заточка, в том смысле, в котором я это подразумеваю, практически отсутствовала. И хоть кожаная оплётка лежала в руке совсем неплохо, в целом, как нож, печально.
Посмотрел я и другие ножи, которые девчонки насовали мне в руки. Что сказать, печально даже больше, чем я ожидал.
Большинство из той же кости Пилоноса. Так понимаю самый "бюджетный" вариант. Несколько из камня, яшма и кремень, и пара из почти чёрного обсидиана. Последние были, конечно, зачётно острые. Обработка и полировка поверхностей лезвия довольно качественная, как на предметах позднего неолита. И все, без исключения, ножи были усилены укрепляющей магией.
Лишь у Атти был нож из сплава серебра и части золота с гомеопатическими примесями меди. Очень неплохо изготовлен, с последующей тонкой и довольно красивой обработкой, и отлично отполирован. Но это скорее игрушка, чем боевая вещь. А вот у Лаллий был уже настоящий нож. Из литой бронзы, с незначительным содержанием берилла. Это уже само по себе делало его довольно качественным орудием, да ещё укрепленным магией. По тутошним реалиям, вещь цены немалой. Видно было, по глазам окружающих девочек, что нож не просто дорогой, но и статусный. Искусное, мелкое литьё на узорчатой ручке, острое и крепкое четырёхгранное лезвие сантиметров восемнадцать, полировка…. Но всё равно, до моего клинка ему было очень и очень далеко. И это понимали все….
— Извини за нескромный вопрос, Мо, но откуда у тебя это чудо? — нежно проводя пальцем по острой кромке, поинтересовалась Лаллий.
— Я сам его сделал.
— Сам!? — если и не потрясение, то что-то около того. Причём у всех. — О-о….
— Я же сказал, у меня много разных достоинств. — подмигнул я сразу всем девчонкам.
— Какой ценный мужчина! — закатила глаза Имасс — А что ты умеешь ещё?
— Многое, например, я отлично готовлю! Вот это, — я указал на свою одёжку, — тоже сам. Кое — что ещё, но это секрет, который я открою не каждой!
— У-у-у какой… — загудели вокруг.
— А я знаю, что ты делаешь хуже, чем мы! — снова громко выпалила Оллит.
— Опять! — одёрнула её Лаллий.
— Нет-нет, постой! — я успел вмешаться — Я и сам могу назвать кучу всего, что я делаю хуже чем вы, но интересно послушать что же имеет в виду она.
— Ну! — повернулась Лаллий к девчонке — Что!?
— Мы плаваем и ныряем лучше, чем он! Вот!
— А-а… Это да! — согласилась Лаллий.
— Да! Да, точно! Конечно лучше! — поддержали её со всех сторон смешками и выкриками. Как-то незаметно вокруг нас собралось уже довольно много народу, который расселся на галёрке, оттеснив оттуда малышню. Не только свободные ныряльщицы, но и другие женщины. Кое- где мелькали и мужские лица.
— Стоп, стоп, стоп! Не понял?! А с чего вы решили, что я такой беспомощный в воде?! — все вокруг резко притихли от такого заявления. — Может я и не лучше вас, но точно не хуже.
— Брось, Мо, ты конечно мужчина, исполненный всяческих достоинств, — Эллиат прищёлкнула пальцами, есть у неё, видимо, такая привычка — но все знают, что мы, Морской народ, лучшие пловцы на Океании.
— Не один сухопутный чмыш не сравнится с нами! — выкрикнул кто-то из толпы.
— Чмыш, как я понимаю, это что-то такое нехорошее, раз я уже не первый раз слышу это слово?
— Нет! — засмеялась Лаллий, — Чмыш маленький, буквально с кулачок, очень милый пушистый зверёк, очень чистоплотный, на самом деле, но до умопомрачения боится воды. Так что, это не совсем оскорбление. Но и правда — лучших пловцов и ныряльщиков чем мы, нет никого. Мы Дети Океана, и этим всё сказано.