— Дорогая, зачем так реагировать? — подала голос Клара.
— Марку ласковые обращения придумывай, а меня изволь называть по имени!
Надоело! Они мне по сути никто, но при этом считают вправе поучать!
В комнате я закрылась на замок и разрыдалась. Как маленькая, честное слово. Одна, в чужом доме, с чужими людьми. Устала, как же я устала.
В дверь тихонько постучали.
— Милан, я принес чай. Давай мириться.
— Иди к своей стерве. Вместе посмейтесь, какая я истеричка.
— Ты что, плачешь? — растерянный голос за дверью даже позабавил.
Внезапно послышался щелчок.
— Эта дверь открывается монеткой, — пояснил Марк.
Я не стала выгонять его, просто кинула подушкой, легла на кровать и отвернулась.
Внезапно матрас прогнулся, и я оказалась в крепких объятьях. Нет…
— Я просто кое-что тебе расскажу. — Марк глубоко вздохнул. — Ты знаешь, я жил с тетей. Просто жил. Она меня не воспитывала, не обучала, не давала советы. Сначала я чувствовал себя обузой, ведь видел, с какой неохотой она мной занимается. Подготовка к школе, походы в больницу, покупка одежды — все как будто через силу. Она взвалила на себя христианский долг… Так и говорила, ты — мой христианский долг. Знаешь, ребенку не очень приятно ощущать себя каким-то там долгом, — он снова вздохнул. На это раз тяжело, с тоской. — Потом обузой стала она. Сахарный диабет, постоянные головокружения, боли. Так в 11 лет я стал сиделкой. Научился делать уколы, мерить давление, готовить, убирать, стирать, да бог знает что еще. Ненавидел свою жизнь. Вместо походов в кино, гулянок, тусовок — еле живая тетка. Работать начал лет в 13, ведь лишних денег не было, а приставку очень хотелось… Озлобился на всех и вся, связался с дурной компанией. Пил, курил, дрянь всякую пробовал, из школы пару раз чуть не вылетел. Домой приходил только ночевать и то не всегда. Честно сказать, страшно было. Зайду, а в квартире тишина. И думаешь, жива или нет..
Тут я поняла, что почти не дышу. В руку, которой Марк меня обнимает, вцепилась и тихонько плачу.
— А дальше? — несмело шепнула.
— Дальше она умерла. Помнишь, я говорил, что это случилось через три дня после моего совершеннолетия? Меня эти дни не было. И 2 дня до этого тоже. Я пропал почти на неделю, и некому было ей помочь, когда начался приступ.
— Ты не мог предугадать..- начала я.
— За день до этого ее парализовало.
Я быстро повернулась к Марку и обняла. Прижалась сильно-сильно, гладила по волосам, спине. Его щеки были мокрыми, я осторожно вытерла соленую влагу ладонями. Он не виноват.
— Это случайность… Ты не мог знать, что так получится, — тихо шептала я. — Тебе тоже было не легко.
— Она копила, — глухо сказал Марк, стискивая меня в своих объятиях. — Все время она копила мне на будущее. Я вовсе не хотел тебя обидеть. Просто, цени то, что у тебя есть.
— Прости, я такая глупая.
— Нет, ты умная и очень добрая.
Было так хорошо лежать, обнявшись, слышать стук сердца, легко поглаживать его ладонь и ощущать ответные касания. Чувства потихоньку начали копиться где-то внутри, требуя прижаться ближе, коснуться смелее, чтобы взамен получить такую же горячую ласку. Но вдруг Марк напрягся, и я поняла, что в этот момент он скорей всего обо всем догадался. Приятная расслабленность сменилась невероятной горечью. Когда он осторожно освобождался из моих объятий, я могла только жалеть себя. Несправедливо. Почему все так неправильно? Я не должна всего этого испытывать!
— Отдыхай. В моей комнате есть телевизор, можешь перебраться туда. А мне надо закончить с лампами, — сказал Марк и ушел.
***
Через полчаса самобичевания решила воспользоваться предложением, все равно я застряла в этом доме до завтра. Тем более было очень интересно посмотеть на комнату Марка.
Она, на удивление оказалась очень светлой и уютной. Большая кровать, шкаф, комод, диван и мягкий ковер. Повсюду лежали разные мелочи: наручные часы, запонки, какие-то бумаги. Также имелся выход на просторный балкон. Идеально. И тут я внезапно поняла, что наши вкусы удивительным образом совпадают.
Кажется, у меня большие проблемы…
Чтобы отвлечься, включила телевизор. Помогло плохо. Мысли все равно то и дело возвращались к объекту моей внезапно проснувшийся страсти. Вроде еще вчера во всем разобралась, но эмоциям на логические доводы глубоко плевать. Они во всю страются одурманить мозг, заставить на время забыть все табу и просто помечтать…немножко, самую капельку.