Нет, Сара, я ничего не слышу.
Да. Просто голоса. Так что потише. Мы же не хотим, чтобы она вышла.
Мы пошли наверх. Я помогла Сэму найти его пижаму, затем отправилась в ванную со своей. В старой фланелевой пижаме мне стало лучше, я уже не чувствовала холода.
В моей комнате свет был выключен я уже называла её своей но оттуда исходил странный блеск. Когда я проскользнула внутрь, там был Сэм. Своим собственным способом Сэмми нашел выключатель на дне кукольного домика и отделение для батарейки, использовав свой фонарик. Все маленькие выключатели в кукольном домике были включены. Это походило на что-то волшебное. Я почти ожидала, что вот-вот появятся куклы и начнут бродить по дому.
Молодец, Сэм, сказала я. Но всё же включила в комнате верхний свет.
Уложив Сэмми в его постель, я вернулась в собственную комнату. Я выключила прикроватную лампочку, и комната снова погрузилась в темноту. И стало совсем тихо, очень тихо. Это было не похоже на город, где всегда был свет и из окна слышен гул движения. В тишине и темноте моя голова наполнилась звоном, который, казалось, звучал на таких высоких волнах, что их невозможно было услышать.
Когда я была маленькой, я отказывалась спать без света. Не то чтобы я боялась, но мне было слишком страшно оттого, что темнота может сотворить с моим восприятием вещей, как это заденет мои чувства. Мой слух становился слишком острым, осязание слишком ярко выраженным, если я задумывалась над этим, я могла внезапно чувствовать кучу всего, слышать биение собственного сердца, бьющегося у меня в груди.
Засыпание в этой комнате напомнило мне о детстве. Но сейчас настороже были не мои уши или кожа это была какая-то часть меня, которой я не могла дать определения. Какая-то часть, которая притаилась в темноте и выжидала.
Глава 3
Я вынырнула из сна, который был прямым отражением моей реальности, голоса в темноте, статуя, плачущая алмазными слезами. Ярко светило солнце; в Сиэтле сейчас было 8 часов утра, но здесь уже 11. Разгар дня. Я натянула джинсы и рубашку, которые засунула в свою сумку со спальными принадлежностями и спустилась вниз.
Роза стояла на ступеньке лестницы и заводила большие напольные часы, с её левой руки свисали черные покрывала, которыми были завешаны зеркала.
Доброе утро, поздоровалась я. Могу я вам помочь?
Нет, дитя, ответила она. Я здесь единственная, кто знает, где и как должны лежать вещи. Затем запоздало добавила, Но спасибо.
Мне было интересно, насколько Роза считала меня втянутой в мамины отношения. С кем-то, кто поступил несправедливо с её подругой.
Зачем это было нужно, Роза? Я кивнула на черную ткань.
Просто южное суеверие, рассеянно сказала она, так как была занята переводом стрелок на нужное время. Это помогает ушедшей душе перейти в иной мир и не попасть в зазеркалье.
Зазеркалье? повторила я. Как Алиса?
Не я изобрела это понятие, раздраженно ответила Роза. Люди верят, что можно видеть то, что находится по другую сторону зеркала. Место, куда после смерти попадают души, прежде чем отправиться к конечному пункту назначения. Если мы сможем увидеть их, то они могут подумать, что смогут вернуться через зеркало назад. И, вероятно, что такие души не смогут двигаться дальше и будут продолжать оставаться там, где они могут быть близко к тем, кого они любили. Она слегка подтолкнула маятник и снова привела часы в движение. Это всего лишь обычай, продолжила она. Ты ведь понимаешь?
Мне все ясно. Я пожала плечами.
Мама высунула голову из библиотеки.
Вы уже освободились, Роза? И снова нырнула обратно. Роза подняла брови и тихонько фыркнула, я предположила, что это из-за грубости моей мамы. Но всё же она последовала следом за ней.
Когда я вошла в кухню, Сэмми сидел там, медвежонок сброшен на пол рядом с его стулом. Он поглощал блинчики, которые, как я предположила, сделала Роза. Хорошо, что ей нравится как минимум один член нашей семьи. Я села рядом с ним.
Для меня что-нибудь осталось?
Он на полдюйма не донес вилку до своего раскрытого рта.
Неа, он повернул вилку в мою сторону и я проглотила последний кусочек блинчика. Он был замечательным легким, маслянистым, с настоящим кленовым сиропом.
Вкуснятина, сказала я.
Всегда пожалуйста, ответил он.
Спасибо тебе, сказала я. Роза вкусно готовит.
Лучше чем мама.
Даже ты готовишь лучше, чем мама, сказала я ему. Он рассмеялся. Ты кому-нибудь рассказывал о наших исследованиях, Сэм?
Даже ты готовишь лучше, чем мама, сказала я ему. Он рассмеялся. Ты кому-нибудь рассказывал о наших исследованиях, Сэм?
Неа.
Молодец. Он снова кивнул.
Роза зашла на кухню через вращающиеся двери. Она подошла к шкафчику под раковиной и вытащила коробку с черными пакетами для мусора.
Забыла тебе сказать: в духовке для тебя подогревается тарелка, если ты голодна.
Спасибо, сказала я в приступе благодарности. Сэмми дал мне кусочек и он был потрясающе вкусным.
Это всего лишь лепешки. Не хотела выбрасывать тесто. Воспользуйся прихваткой и подложи под тарелку подстилку.
Обязательно, пообещала я. Я решила, что смогу перенести неприязнь Розы ко мне, если она будет включать приготовление блинчиков.