А а а! поняла я. Это лабиринт моих мыслей! Я сама себе задаю вопрос, а когда не нахожу на него ответа, попадаю мысленно в тупик. Вот, почему я себя не вижу в лабиринте. Ведь мысли же невидимы. Нет, я не имею права утонуть до тех пор, пока не найду того, кто будет давать бабушке монеты! А, когда найду
Мне казалось, что от напряжения шевелится мозг в голове. Но замену себе я так и не нашла. И тут я услышала свой голос, звучащий, словно в металлической бочке:
Видать так и придётся самой давать монетки бабке!
Какой-то толчок привёл меня в чувства. Смотрю, а меня на носилках спускают с катера.
Я что, не утонула? тихо спросила я и, не дождавшись ответа, погрузилась в сон.
Проснулась я от страшного голода. Лежала на кровати, а рядом стояла капельница. Зашёл молодой мужчина, выдернул из вены иглу и ушёл. Потом появился врач египтянин, говорящий на ломаном русском языке. Спросил о самочувствии и пообещал, что завтра за мной приедут из отеля. Меня покормили. Затем смазали чем-то лицо и руки. Жжение кожи на лице и кистях рук утихло.
Прибыв в отель, я встретила своих друзей целыми и невредимыми. Оказывается, их нашли через три часа после всплытия. Меня долго искали. Вечером поиски прекратили, и найти живой меня уже не надеялись. Друзья подняли шум в отеле, и настояли на немедленном продолжении поисков.
Многие отдыхающие в отеле люди различных национальностей подходили ко мне, улыбались, что-то говорили, жали руку и фотографировались со мной.
Они поздравляют тебя с удачным спасением, сказала Лена.
Теперь ты, Жанна, звезда этого отеля, с иронией произнёс Влад.
Бери выше, съязвил Сергей, вот посмотришь, все эти фотографии с Жанной скоро появятся в Интернете с описанием её чудесного спасения.
Через день я вернулась домой. Отпуск закончился, и я вышла на работу. В этот день нам выдавали зарплату. Мне тоже причиталось немного.
У тебя есть пятирублёвые монеты? спросила я кассиршу.
Полно!
Разменяй мне сотню.
Зачем тебе двадцать монет? удивилась кассирша.
Надо.
С этого дня я никогда не ходила на рынок без монет достоинством в пять рублей. Я была уверена, что воспоминание о бабушке-попрошайке спасло мне жизнь. И мне хотелось хоть понемногу благодарить её за это при каждой нашей встрече. Приходя на рынок, я иногда встречала её. Она же никогда не поднимала на меня глаз, но, поравнявшись со мной, выбрасывала вперёд свою костлявую руку. Я клала на неё заранее приготовленную монетку. Иногда я видела её со спины, стоящую у прилавка или донимающую своими концертами очередь. Тогда я двумя пальцами брала монетку и осторожно, чтобы никто не видел, опускала в оттопыренный и отвисший карман её старой, но чистой одежды. И что самое интересное, она, не поворачиваясь в мою сторону, резко говорила:
У тебя есть пятирублёвые монеты? спросила я кассиршу.
Полно!
Разменяй мне сотню.
Зачем тебе двадцать монет? удивилась кассирша.
Надо.
С этого дня я никогда не ходила на рынок без монет достоинством в пять рублей. Я была уверена, что воспоминание о бабушке-попрошайке спасло мне жизнь. И мне хотелось хоть понемногу благодарить её за это при каждой нашей встрече. Приходя на рынок, я иногда встречала её. Она же никогда не поднимала на меня глаз, но, поравнявшись со мной, выбрасывала вперёд свою костлявую руку. Я клала на неё заранее приготовленную монетку. Иногда я видела её со спины, стоящую у прилавка или донимающую своими концертами очередь. Тогда я двумя пальцами брала монетку и осторожно, чтобы никто не видел, опускала в оттопыренный и отвисший карман её старой, но чистой одежды. И что самое интересное, она, не поворачиваясь в мою сторону, резко говорила:
Ага.
Когда бабули не оказывалось на рынке, я уходила с чувством вины, а точнее с чувством не исполненного долга, сама не понимая, почему.
Как-то главный бухгалтер нашей фирмы попросила меня отвезти в налоговую инспекцию документы. Я согласилась, хотя возить именно эти документы не входило в мои обязанности. В благодарность за это, она сказала:
Можешь сегодня больше не возвращаться на работу.
Документы я отвезла и к обеду уже была свободна. Приехав в Железнодорожный на электричке, я тут же отправилась на рынок. Покупателей было мало, и я спокойно шла от прилавка к прилавку, рассматривая товары, выложенные на них. Только я хотела перейти с одной стороны рынка на другую, как увидела посредине прохода старушку, идущую от входа в мою сторону. Я тут же сунула руку в карман, нащупала пятирублёвую монету и приготовилась вложить её в руку бабки. Не успела она дойти до меня метра три, как с противоположной стороны к ней подошёл пожилой мужчина и потребовал:
Гражданочка, прошу остановиться!
Бабка остановилась и выпрямилась. Мужчина вытащил из кармана какое-то удостоверение и сунул ей под нос. Она посмотрела на него безразличным взглядом и продолжила стоять молча. Мужчина, показывая рукой в сторону, произнёс:
Вон та женщина за прилавком пожаловалась, что вы вымогаете у неё деньги.
Услышав это, я встала, как вкопанная, и невольно стала наблюдать за происходящим. В это время с противоположной от меня стороны к этим двум направилась пожилая женщина, стараясь пройти между ними.