В первый момент я подумал, что они шутят, ведь животных перебили пауки, но оказалось, что не все так печально как об этом рассказывали средства массовой информации. За стеной животных действительно не осталось, а вот в лабораториях по клонированию воссоздание млекопитающих идет полным ходом. Да пока им не удалось перейти на производственные мощности но лет через двадцать-тридцать и гражданские смогут приобретать настоящее мясо в пищевых пунктах. В этом смысле фениксам повезло, они имеют доступ к этому деликатесу прямо сейчас.
Мясо оказалось настолько непривычным и вкусным, что я не удержался и заказал еще один стейк. Зарплату мне все равно девать было некуда. Всем чем нужно меня обеспечивает корпорация. Танк оказался прав сюда идут не за выпивкой. Необычные вкусы блюд будоражили вкусовые рецепторы, и мозг практически забыл о недавней гибели тела. Но две кружки пива быстро прояснили ситуацию.
Может мой новый организм и может быстро перерабатывать алкоголь и некоторые яды, которые гарантированно убили бы меня в прошлом. Но вот размер мочевого пузыря ученые О.В.Р. как-то не продумали, и мне пришлось оставить товарищей на время.
— Ты там не задерживайся, — произнес Стрелок. — Холодный стейк гораздо хуже горячего.
— Мне с трудом верится что это блюдо вообще можно чем-то испортить, — удивился я поднимаясь из-за застала.
— Это тебе сейчас так кажется, но со временем привыкнешь к этому и холодный стейк будешь есть уже без особой радости.
— Возможно, так и будет, но пока мне об этом думать не хочется, — согласился я отходя от стола.
Пока я шел до уборной мир мне казался прекрасным и наполненным радостью. Как мало все-таки нужно человеку, чтобы забыть о неприятностях и жестокости этого мира. Вот только ему совершенно наплевать, что о нем забыл какой-то человек идущий отлить. Помнишь ты о мире или нет, это не важно, а важно помнить только одно — мир сам о себе напомнит. И по закону подлости момент он подберет, самый что ни есть неподходящий. Хотя плохие вещи всегда происходят в неподходящий момент, этот закон никогда им не нарушается.
Когда я мыл руки и собирался уже возвращаться в надежде, что стейк меня уже ожидает в туалет вошли четверо фениксов. У двоих на значках было указано, что у них еще семь возрождений, а у оставшейся парочки красовались восьмерки. Четверка не была из одной группы. Двое являлись представителями триста четвертой группы остальные относились к триста семьдесят второй.
В этот момент в мозгу всплыла информация, которой я поначалу не придавал значения. Петрович первые часы моей адаптации к новой жизни вообще рассказывал много чего интересного, но освоить все им сказанное я был не в состоянии. Как оказалось, мозг запомнил те моменты, которые мне казались забытыми навсегда. Но я ошибся, и память в нужный момент подсказала недостающую информацию.
Среди фениксов существовала неофициальная кастовая система. Она сформировалась после того как количество групп перевалило за сотню. И в этот момент фениксы начали отличать своих от чужих. Так появились сотые двухсотые и так далее. Но в данный момент я стоял перед трехсотыми. Проблема заключалась в том, что первые девяносто девять групп были сами по себе и не желали организовываться ни в какие кланы и тому подобную ерунду. Обычно эти группы первые шли в пекло, а потом уже подтягивались и остальные.
Теперь мне стало понятно, почему посетители заведения так не радушно на нас взирали. Я не знаю, по какому поводу они здесь собрались, но заведение было наполнено группами из трехсотой серии.
— Из-за вашего сигнала о помощи уйма хороших парней лишилась по одному возрождению, — объяснил мне один из четверки. — Вы несерийные всегда работаете сами по себе, а в результате расплачиваться за ваши ошибки должны другие.
— Согласен, — не стал я спорить с фениксом от чего тот пришел в некоторое замешательство.
Видимо приятели рассчитывали, что я начну отпираться, а тут все пошло не по плану и он мысленно начал поиски нового обвинения. Подруги феникса легко читались на его лице.
— Вы трехсотые совершенно правы, — продолжил я. — Необходимо работать только в сплоченной команде с остальными сериями. Так намного безопаснее и никто не будет терять возрождений.
Трехсотые, до которых дошел смысл сказанного мной одобрительно закивали. Скорее всего, они впервые столкнулись с фениксом, который разделял их недовольство.
— С вами парни действительно безопасней, особенно если зачищать заброшенное пустое логово, — добавил я.
Трехсотые продолжали по инерции кивать но, похоже, и этот смысл сказанного мной до них дошел, хотя и с некоторым запозданием.
— Ах ты, скотина, — ругнулся заводила и нанес молниеносный удар мне в челюсть, точнее попытался нанести, но лишь погнул металлическое зеркало туалета.
Сместившись слегка вправо, я избежал участи быть сбитым чудовищным ударом трехсотого. А вот моего удара рукой в горло он явно не ожидал. Потеряв ко мне интерес, феникс схватился за горло и рухнул на колени, попутно зацепив челюстью металлическую раковину.
Потеря товарища в начале боя четверых против одного троих оставшихся трехсотых не смутило, и они набросились на меня. Парни здраво полагали, что удача девка ветреная и, подарив мне, шанс уйти от удара их вожака она ринется в объятия к ним, но они просчитались и удача здесь не причем. Режим пророка работал исправно, я без труда лишил чувств еще двоих, а третьего попытался вразумить. Блокировав его выпад коленом, я нанес короткий удар кулаком в солнечное сплетение.
Я бил в полсилы и не свалил его, а лишь заставил феникса ртом хватать воздух как рыбу, выброшенную на берег. Наконец он восстановил дыхание, я ждал этого момента и не нападал, надеясь с ним поговорить. Да и по большому счету не был я кровожадным, хотя и пацифистом себя тоже не считал.
— Так бьются только зеро, но ты не из них, — сделал он логический вывод и сразу попытался меня атаковать.
Трехсотый надеялся, что я не замечу его атаки, но он опять ошибся и нарвался на удар ногой в живот.
— Верно, — ответил я, наблюдая, как он летит в сторону двери.
Двери в туалетах ставились чисто символические, и феникс легко вынес ее своим телом. Гул голосов раздававшихся в баре как-то неожиданно стих и тут я понял, что в данный момент я влип по крупному. И это не относилось к толпе трехсотых, которыми было набито заведение. И печальное качание головой Стрелка меня тоже не пугало также как и взгляд Танка, а вот суровые глаза Валькирии сидевшей между ними и делавшей заказ официанту во время моего эпичного выхода заставил меня волноваться.
Первая мысль, которая меня посетила это спрятаться обратно в туалете. Мол, забыл руки помыть, но сорванная с петель дверь и четыре бесчувственных тела на полу поставили крест на этой идее. Одним словом деваться мне было некуда и, чувствуя, что влип действительно по-крупному, я направился в сторону своих товарищей и к замершей с меню в руках Валькирии.
— Командир вы как-то неожиданно объявились, — произнес я, мельком взглянув на официанта который не сводил с меня взгляда как впрочем, и все присутствующие в «Ржавом пистолете».
— Это я-то неожиданно появилась?! — удивленно спросила она, возвращая меню официанту.