— Молодец, догадался. Но до чего ты не догадаешься, так это то, что сам ты таких чудовищ не убьёшь, а брать тебя в команду и делиться опытом просто так никто не будет.
— Ты поэтому завис на своём четырёхсотом? — рассуждения о высоких уровнях для его четырёхсотого выглядело, как пустое бахвальство.
— Среди Номеров есть только одно неофициальное правило, в котором не было исключений, по крайней мере, вселенной о таком не известно: убил местного монстра для скоростного набора уровней — остался на Свалке навсегда.
— Воу, Воу, помедленнее, кто такие «номера»? — с ходу разбираться, о чём КирсиТи говорит, пока было невозможно.
— Это какой-то ужас, ты вообще хоть что-то знаешь об игре?!
— Ладно, ладно, я — дикарь, доволен? Объяснишь теперь?
— Это своеобразная традиция, начало которой дал первый, нашедший путь со Свалки в общее игровое пространство. Наверное, сейчас даже в хрониках не найти информации, как его звали или какой у него был ник до освобождения. Но когда у него это получилось, он обратился с просьбой к администраторам об уникальном имени в виде цифры.
— Единичка, — догадался я. Обычно нельзя в никнейме использовать только цифры, обязательно должны быть какие-либо символы локального языка.
— Да, ему пошли навстречу, потому что сами удивились такому событию. Разработчики не предусматривали возможность побега игроков. С тех пор это стало привилегией для тех, кто вышел со Свалки, и опознавательным знаком: увидел Номер — беги, потому что выходцы со Свалки почти Титаны. Хотя это как раз редкостная чушь, я лично здесь сталкивался с парнем, который установил рекорд по побегу со свалки: две недели. Он не прокачал за это время ни одной характеристики и был слегка шизофреником. Кто знает, что с ним происходило за это время, но те, у кого есть его контакты, говорят, что с тех пор он в Колыбель не заходит.
— Две недели? Отсюда можно выйти за две недели? — услышал я главное.
— Ну, если ты достаточно сумасшедший, чтобы пройти программу реабилитации для искинов, то почему нет.
Столько новой информации в голове плохо укладывалось за один раз. Но из всего сказанного получается, что у меня несколько путей. Первый: постараться выйти со свалки как можно быстрее, а точнее, до истечения двух лет. Точнее, мне осталось всего полтора года. Второй вариант — остаться, прокачиваться и попробовать зарабатывать как местные.
Начну, естественно, с первого, потому что часики-то тикают, и мне осталось всего полтора года до продолжения истории с модераторством.
— Хорошо, а зачем ты мне это всё рассказываешь? Денег у меня нет и, как ты сам говоришь, в ближайшее время не будет. Снаряжение для тебя бесполезно, потому что вернётся ко мне вместе со смертью. Для чего, что тебе от меня нужно?
— Представь, что вот ты уже потерял свой шанс на выход отсюда гарантированно. Но при этом ты силён, ты — местный король мира. Но слабые никчёмные новички уходят один за другим, находят выход со Свалки и прославляются. Как ты к этому будешь относиться? Радоваться? Помогать им?
— Я понял, о чём ты. Хочешь сказать, что люди… Что разумные — такое дерьмо, что специально будут мешать новеньким?
— Это не я так говорю, а статистика первых лет исхода со Свалки. После подвига Единицы на Свалку хлынули толпы игроков, уверенных, что у них тоже получится. «Единица» ведь вышел отсюда очень сильным персонажем и доминировал потом в родной локации. Поэтому многие хотели повторить его подвиг, и некоторым это действительно удавалось. Но точно не старожилам, которые, обозлившись, стали активно мешать и издеваться над новенькими. Причём настолько откровенно, что пришлось вмешаться Администрации. Они нашли свою выгоду и в том, чтобы у игроков всё-таки получалось покидать Свалку. Поэтому ввели новое правило: второй способ отсюда выйти — прицепом с кем-то.
— Стоп, стоп, стоп! Что значит «прицепом»?
— Новичок создаёт группу с любым другим игроком, и в случае прохождения квеста этот второй игрок тоже покидает Свалку. У него, правда, не появляется привилегия цифрового прозвища, и он сравнивается в уровнях с ведущим, лишаясь большей части приобретённых характеристик.
— И это сработало?
— О да, иначе, чего бы ради я тогда тут распинался бы перед тобой, — хмыкнул инопланетянин. — Для многих местных старожилов после десяти-двадцати лет развития персонажа — это лучше, чем начинать заново. Сейчас все новички с договорами, более того, вы — дефицит!
Так вот чего от меня хотели в городе. Тупящий новичок без прицепа старожила! почему бы ему не посадить на хвост кого-нибудь?
— Слушай, я зашел в город, — показал в сторону столба света. — И меня сразу убили. Я понял, что хотели навязать мне в напарники кого-нибудь. Но убивать-то зачем?
— Это тебя твоя же тупость выручила. Нормальный игрок вначале привязывается к вышке, чтобы в случае смерти возродиться в городе, а не проделывать весь путь заново. Тебя просто хотели напугать, показать силу. Убили, наверное, как-то эффектно?
— Да, с одного удара, которого я даже не заметил.
— Вот! Ты бы впечатлился. Тебе донесли мысль, что не они, так кто-то в другом городе, но менее сильный. А с ними ты получишь поддержку, силовую и материальную. На это мало, кто ведётся, вот и действуют силовыми методами.
— И в чём подвох? По-моему, хорошее предложение, тем более для такого, как я: без денег, без связей, без плана. — А кто сказал, что они будут выполнять свои обещания? Это ты можешь взять прицепом только одного старожила, а вот он может прицепиться хоть к сотне новичков. Процент удачных побегов мал, и те, кто может себе такое позволить, увеличивают таким способом свои шансы. Соответственно нет, так сказать, индивидуального подхода. Объяснят, что и как — да, снаряжением будут обеспечивать хорошим — тоже да. Но денег тебе точно никто давать не будет, только в случае исхода могут в договоре прописать премию.
— А ты предлагаешь что-то иное?
— Да, я делаю ставку на качество, а не количество. Только один ведущий за раз. Таскаюсь с тобой по всем твоим заданиям и помогаю, но не это главное. Я предлагаю участвовать вместе со мной в моём заработке. Да, я не могу тебе пообещать несколько десятков тысяч гало премии за выход, но со мной ты сам будешь себя обеспечивать всем необходимым.
— Мне надо подумать, — взял я паузу.