Мы вышли на главную улицу, прошли мимо таверны где останавливались в прошлый раз и приблизились к огромной постройке. Это священный дом эльфов, дом молитв богу всего сущего. У листоухих всевышний бог не Отоен, у них другое божество, которое следит за лесом и его жителями. Я не знал его имени.
Вдруг я услышал пение, голосок был до боли знакомым и в груди снова защемило. Это пела Оливия, я ни с кем не спутаю это ангельское пение. Надежда вспыхнула с новой силой, ведь не может же невеста петь посреди свадьбы? Может она благословляет молодожён своей песней?
— Уже началось, Варгал, войти можешь только ты, твоим спутникам придётся подождать, они могут остаться в таверне, — проводник остановился возле входа в священные залы.
— А от чего ко мне такая честь? — если свадьба не Оливии, то чего мне там делать? Этого я понять не мог.
— Я думаю этого бы хотел старейшина, светлая ему память, — мужчина сделал знак рукой, эльфийским знак уважения усопшим. А я застыл на месте, не в силах сделать и шага, ко мне пришло понимание происходящего. Старейшина мёртв, больше некому останавливать молодую внучку. Пение на свадьбе, я вспомнил этот эльфийский обычай, мне о нем рассказывали. Когда девушка эльф выходит замуж за своего избранника, она обязана исполнить песнь любви, тем самым давая клятву пред богом.
Дверь открылась и рука проводника толкнула меня в спину, я по инерции сделал два шага вперёд и остановился. Мои глаза совершенно случайно встретились с синими бездонными озерами глаз Оливии. Она увидела меня, так как стояла напротив входа. В этот же миг песнь закончилась, а все присутствующие обернулись на звук захлопнувшейся двери. Я оказался под перекрестным огнём недовольных взглядов. Представляю что именно сейчас думают собравшиеся здесь эльфы.
— Ro, garine kate homyne! — отнюдь не добрый мужской голос раздался под сводом зала. Приблизительно я понял смысл сказанных слов. "Кто посмел впустить сюда грязного человека?"
Рядом с принцессой стоял молодой эльф, который и произнёс эти слова. Он сделал шаг в мою сторону, в его руке разгоралось заклинание, а губы шептали формулы. Но я не обращал на это никакого внимания, я смотрел в глаза Оливии и от того что я видел на душе становилось все больнее и больнее. В бездонных озёрах плескалось удивление вперемешку с… Этого я никак увидеть не ожидал, от куда столько презрения ко мне? Чем я его заслужил? Я ведь почти был уверен что она если не влюбилась, то хотя бы начала испытывать тёплые чувства, а сейчас…
Белоснежная ручка Оливии легла на плечо молодого эльфа, тот остановился и обернулся. Девушка помотала головой, видимо хотела остановить своего суженного. А я стоял и смотрел перед собой, мои ноги приросли к полу, а в душе полыхал пожар. С одной стороны мне хотелось провалиться сквозь землю и оказаться как можно дальше от этого места, а с другой — уничтожить здесь все, к чёртовой матери.
— Уходи, человек и благодари мою возлюбленную за то, что я не убил тебя прямо здесь! — эльф развеял заклинание и со снисходительностью посмотрел на меня. Это стало последней каплей, в моей голове что то щёлкнуло и теперь будто кто то другой заговорил моим голосом. Я понимал что поступаю подло по отношению к этим людям, ведь они ничего мне не сделали, а я собираюсь сорвать праздник. Но это была лишь часть моего сознания, вторая часть тонула в море обиды и горечи. Она уже не давала отчёта своим поступкам и действиям.
— Так этот домен выполняет обещанное! — мой голос перекрыл шепот царивший в зале после слов принца. Повисло напряжённое молчание, все с удивлением и ненавистью смотрели на меня. Мне уже было все равно, мне было больно, мне было обидно. Я знал что хочу сделать, но никогда бы не подумал что такое желание у меня возникнет. В данный момент я хотел уничтожить всех и вся и себя заодно. Боль переполняла моё естество, ранее мне ещё не доводилось ощущать такое.
Меня забыли!
Снаружи завыл ветер, будто сами боги против такой несправедливости.
Меня оставили!
Двери с грохотом распахнулись впуская в помещение листья, сорванные с деревьев и ледяные капли дождя. Светильники потухли от порывов ветра. Боги плачут вместе со мной.
Меня предали!
Сверкнули молнии освещая поселение и бегающих в панике эльфов. Одно из деревьев загорелось и рухнуло на землю, переломленное пополам. Боги видят и гневаются. Я видел все происходящие со стороны, будто сам был божеством, что пришло покарать тех, кто не сдержал обещанное.
— Нет! — наваждение внезапно пропало, я стоял посреди зала и смотрел перед собой. По моим щекам текли слезы, в горле застрял комок, а буря снаружи медленно затихала. Оливия смотрела на меня расширившимися от ужаса глазами.
Я осознал что делал буквально пару секунд назад. Из-за боли что поселилась в моей душе, я чуть не закончил древнее эльфийское заклинание вечной скорби. Эта магия способна уничтожить весь лес и всех кто проживает в нем. Конечно, ни эльф, ни человек не способны на такое, во время чтения заклинания, маг просит помощи у богов и если чувства достаточно сильны, то они способны достучаться до разума эльфийского бога. Самое удивительное, что я смог, хоть и не отношусь к листоухим.
Теперь меня боялись все присутствующие, в их глазах я был монстром что чуть не уничтожил всех эльфов в этом лесу. Сейчас слова были излишни, я в последний раз посмотрел на Оливию и быстрым шагом пошёл к выходу из зала. Больше мне здесь делать нечего, итак натворил столько что от стыда хочется исчезнуть из этого мира.
Двери за моей спиной захлопнулись, на дороге стоял Вайрис, Рорик и… Эйрис? Хотя я не особо удивился её появлению, по сути мне было все равно. Сейчас мне надо как можно быстрее оказаться подальше от этого леса и его обитателей.
Я шёл впереди, не оглядываясь на своих спутников, в данный момент мне было все равно идут они за мной или нет. В голове царил полный кавардак и имелось непреодолимое желание кого-нибудь убить. Но как на зло никого по пути не попадалось, даже все эльфийские разведчики куда то запропастились.
Вскоре мы вышли за пределы эльфийского леса. Я готов был продолжить путь и дальше, но Вайрис попросил о привале, Рорик очень сильно устал, оно и понятно, отдохнуть в поселении листоухих не получилось. Мне было все равно что делать, я все ещё не мог отойти от увиденного мной. Хотелось завыть в голос, посмотреть на голубую луну, что появилась на небосводе и завыть. Как со мной могли так поступить? Почему Оливия смотрела на меня с таким презрением?
Я прислонился к стволу дерева и поднял голову, смотря на луну и звезды. Красиво, сейчас было видно многие созвездия, вот пастух, а вон то маг, если присмотреться в его руке полыхает заклинание невероятной мощи. Как то мы с отцом ушли на охоту, набрали провизии и выдвинулись в ближайший лес. Он пытался научить меня, восьмилетнего ребёнка, владеть луком, даже специально смастерил его под мои хилые плечи. Конечно, с такого оружия убить никого не удастся, но вот стрелять по мишеням, расположенным не так далеко, само удовольствие.
Мать была против этой его затеи, до сих пор помню как она кричала на отца и била посуду, мы тогда с Фином не спали и приоткрыв дверь наблюдали за скандалом.
Так вот, именно тогда я впервые узнал о созвездиях и что они означают. Мы лежали с отцом на траве и смотрели в небо, а он поднял руку и водил перед собой, показывая на звезды.
"Смотри Варгал, вот маг, ходит легенда, что если звезды этого созвездия засияют ярче, то все маги Айриэлы станут в разы сильнее." Я слушал отца с открытым ртом, он ещё много успел показать мне созвездий, пока я не уснул.
— Варгал, еда готова, присоединяйся, — я вынырнул из воспоминаний и посмотрел на друга. Тот не подкалывал меня и не упрекал, возможно он понимал моё состояние.
— Спасибо, отец, — эти слова вырвались у меня неосознанно, но воспоминание немного притушило пожар полыхающий в моей душе. Я успокоился и теперь мог здраво оценить ситуацию, а все благодаря своёму родичу, это он вытащил меня из пучины отчаяния.
— Что на ужин? А то я зверски проголодался, — я усмехнулся и сел рядом со спутниками, которые, кстати, смотрели на меня с нескрываемым удивлением. Я их понимаю, только что стоял с таким видом что хоть вешайся, а сейчас вдруг повеселел.