— На въезд в любую страну нужна еще виза, — напомнила Катя.
— Думать, что на побережье Африка можно попасть так же просто, как возле Адена. Особенно в ночь.
— Тогда лучше податься в Джибути, — предложил Андрей. — В Сомали и Эритрее тоже сильны мусульманские обычаи и связи с арабскими странами, зато в Джибути все еще доминирует французская культура. К тому же я немного знаю французский язык. И там есть международный аэропорт. Правда, все равно придется обратиться в наше представительство за помощью — но погром им грозить уже не будет…
— Значит, брать такси и ехать на берег, к лодка, — заключил "Хасан".
— Вы наивный человек, Хасан, — скривился Андрей. — Вашу лодку арабы наверняка прихватизировали.
— Нет, она на месте, я узнавать, — возразил моряк. И добавил, заметив недоумение европейцев: — По связи.
И вновь была ночь, море, лодка с тремя беглецами и пустынный берег, но уже в окрестностях Джибути. Впрочем, выбрать место для высадки оказалось непросто, и под вечер здесь немало покружил Молчун-"чайка". Причем когда лодка ткнулась в берег, к яхте, забравшейся далеко в 12-мильную зону, подлетел патрульный катер, и вооруженные люди сноровисто запрыгнули на явно контрабандистское судно. Тотчас оба остававшихся на яхте Молчуна прыгнули в воду с другого борта и через несколько минут появились в стороне в виде "дельфинов", игриво запрыгавших к берегу.
— Чего мы ждем? — нервно спросил Андрей у "Хасана", не спешившего покидать берег.
— Моих друзей. Пограничники здесь оказались резвыми, и им пришлось покинуть яхту.
— Они что, добираются до берега вплавь?
— Уже добрались. Вон бредут среди волн.
"Эй, Молчун, куда подевалась твоя ломаная речь? — шутливо поддел Молчун-1. — Ты нас демаскируешь перед этими русскими".
"А и пусть. Вряд ли они поверили в байку о бескорыстных арабских мареманах. Особенно глядя на ваши рожи висельников".
"А ты-то, "Хасан", давно в зеркало смотрелся? — ментально осклабились подельники.
— Удивительно ловко у вас все получается, — заметила Катя. — И возле Адена и теперь…
— Очень профессионально, — поддакнул Андрей, выразительно посмотрев в глаза Хасану. Но тот лишь пожал плечами и крикнул своим по-арабски:
— Погранцы вас заметили?
— Слава аллаху, нет. Им сейчас не до нас, ищут вовсю контрабанду!
— Пусть Аллах им поможет. А нам пусть пошлет шестиместный седан или шевроле с безъязыким сомалийцем.
— Я бы и на верблюда согласилась, — вздохнула Катя.
— Странные все-таки люди нас с тобой спасали, — молвила с досадой Катя, последний раз покрутив головой перед входом в пассажиронакопитель. — Так и не появились, не проводили нас.
— Да слава богу, — криво усмехнулся Андрей. — Но почему-то мне кажется, что они или кто-то от них вскоре появится у нас, в Москве. Может даже эти "кто-то" летят нашим рейсом.
— Не может быть! — запротестовала Катя. — Я предпочитаю верить в человеческую отзывчивость. Помогли же нам в этом консульстве с визами и билетами. К тому же среди наших попутчиков нет ни одного араба…
— Хорошо организованная преступность, Катенька, не признает границ и национальностей, — изрек Андрей банальную истину. — Их сообщниками могут быть люди любой расы, веры и социального положения. Например, вон та пара приличных упитанных французов нас исподтишка оглядела.
— Вот приметливый негодяй! — ментально возмутился плешивый "француз". — Вычислил нас влет.
— А для чего ты на них зыркаешь?! — вспенился "француз" сивокудрый. — Давно не видел? Или запал-таки на Катины обводы?
— Тогда уж не "запал", а "запали"… Или все-таки "запал"? То есть при разделе мне досталось больше чувствительности? Но не обводами она меня пленила, а самоотверженной душой. Так, кажется, называется по-русски человеческая сущность? Хотя и в обводах ее я стал, как ни странно, находить пленительность…
— Так может, стоило бы подменить не второго француза, а вот этого самого Андрея? И наслаждаться сейчас, а главное, потом Катиным обществом?
— Ну, не преувеличивай возможности гидран, даже и профессионально обученных. При полной имитации внешности невозможно скопировать характер и знания разумного существа. То-то растерялась бы Катя в обществе этакого "Андрея"…
— Хм-м, а все-таки жаль… Уж очень она самозабвенна в сексе…