— Я вас р-размажу… сотру в пыль… — поднимая и бессильно роняя голову, заговорил Колодин.
"Третий, помогай, — позвал ментально Молчун-2".
Через полминуты в туалет вошел однотипно одетый Молчун-3, и они вдвоем стали вытаскивать Колодина в коридор. Тот упирался, пытался звать на помощь, но слова его становились все бессвязнее, а силы явно убывали.
— Кого это вы тащите? — спросил охранник на выходе из гостиницы.
— Нас вызвали женщины по мобильнику… Этот сидел в женском туалете и квасил там. Упирается, гад, кричит. Счас мы тебя к себе доставим, там не так покричишь…
— А как вы прошли? Я что-то вас не видел…
— Мы ошиблись, подъехали с противоположного входа. Пришлось поплутать, пока туалет этот разыскали…
— Но вон же ваш "жигуль"…
— Васе маякнули по рации, он сюда подогнал.
— Ну ладно, спасибо, что нас от лишних забот с этим алкашом избавили… Откуда они каждый вечер берутся?
Глава двенадцатая
в которой важняк сдувается
Утро Молчун-1 встретил в квартире и постели господина Колодина, в одиночестве.
Вчерашний вечер завершился довольно удачно. Уже охмуренная, казалось бы, дама вдруг возмутилась тому, как беззастенчиво "Колодин" таскает ее за попу, гневно вырвалась из цепких пальцев, стремительно вышла из ресторана и гостиницы и, сев в подскочившее такси, умчалась из его жизни… Наблюдавшие эту сцену телохранители чуть не расхохотались — так потешен и жалок был вид у их шефа. Вернувшись за стол, он посидел еще минут пять, потом махнул рукой и велел ехать домой. Когда машина остановилась возле нужного подъезда, он вышел вслед за телохранителями, двое из которых вошли в него для осмотра и обеспечения свободного подхода к квартире, а двое после сигнала "добро" поднялись вместе с боссом.
— Осмотрите еще квартиру, — капризным тоном попросил "Колодин" и поднял руки с тем, чтобы телохранитель выбрал подходящий ключ в его кармане. И после процедуры проверки отпустил их по домам.
Было воскресенье и, по идее, этот день был у чиновника свободным. Но оставить в покое человека такого масштаба, конечно, не могли. Около девяти раздался первый звонок. Молчун взял "колодинский" мобильник и посмотрел на экран: там значилось "Слава". "Аминов значит, подручный Березовского, — вспомнил он и нажал на прием.
— Ну как, оклемался после очередного прокола? — спросил ехидный голос. — Опять сбежала пташка?
— Ничего не сбежала, я ее шпокнул.
— А может, она тебя? Ты хоть знаешь, с кем вчера дело имел? Не знаешь… С валютной проституткой, милок, из "Националя"!
— Ты ничего не попутал? — хмуро спросил Молчун. — Меньше всего она походила на проститутку.
— Можешь не сомневаться, Лилей зовут. Мой человечек, тебя пасущий, ее вчера сфоткал на мобилу и все о ней разузнал.
— Тогда зачем она сбежала?
— Так ведь ты у нас жених, из самых завидных на Москве. Может, решила тебя покруче заинтриговать да и женить… Или сагитировать на длительную связь и денежек потом срубить, путем шантажа.
— У меня нет ее телефона, и я ей своего не давал…
— Наивный. Твой телефон и адрес ей любой частный детектив, а еще скорее преступный авторитет добудет. Так что жди, в ближайшие дни она с тобой где-нибудь случайно столкнется…
— Предупрежден, значит вооружен. Хрен ей чего обломится.
— И вообще, кончал бы ты свои поиски романтических приключений. Живи как все люди, пользуйся моей добротой. Знаешь ведь, что я тебе любых красоток для души и тела организую…
— Нет, путан не люблю.
— А кто только что за отъявленной путаной увивался? Ладно, молчу. Я чего звоню-то? У БАБа сегодня вечерушка намечается. Конечно, с девочками, но будут также интересные люди, которые хотят с тобой переговорить. Думаю, что ты через них тоже кое-какие свои вопросы можешь решить. Придешь?
— Если ничто не помешает.
— Приди, очень прошу, Иначе я окажусь им должен.