— Gracias (прим.: с исп. Спасибо), — удалось промолвить мне.
— De nada (прим.: с исп. Не за что), — ответил он, передавая мне пакетик с крендельками. Я и забыла, как легко с ним разговаривать.
Я открыла упаковку и протянула ему. Он достал крендель и сунул в рот. Я тоже взяла себе.
— Ух ты! — воскликнул Себастьян сквозь хруст. — Хорошая идея, Матис.
Уголок его рта приподнялся в полуулыбке. Я чувствовала, что пялюсь на его губы, отчего у меня закружилась голова и начало подташнивать, как будто я съела слишком много конфет.
Возьми себя в руки, Джулс. Он всего лишь человек.
Себастьян вытащил из кармана джинсов четвертаки и закинул несколько в автомат.
— Как проходит твой день?
— Несмотря на то, что я забыла столицу Сербии на обществознании, неплохо.
— Белград, — без промедления ответил он, не отрываясь от выбора перекуса.
— Динь-динь-динь.
Выпал пакетик кренделей с арахисовым маслом. Его выбор, очевидно, был знаком того, что он влюблен в меня, и нам суждено было быть вместе.
— Я знаю, о чем ты думаешь, — сказал он.
О нет. Так очевидно, что у меня симпатия к нему? Он заметил, что я смотрела на него сегодня утром?
— «Регаль» — сказал он, разрывая свой пакет с углеводами.
Точно. Газета.
— Итак, — начал Себастьян, — мы не собираемся нанимать нового штатного фотографа.
Мой желудок сжался. Плохая новость.
— У Рейчел все под контролем, и она старшеклассница, поэтому я хочу дать ей право главенствовать, — объяснил он.
Я почувствовала, как ремень книжной сумки сползает по рукаву моей старой рубашки, найденной на чердаке у бабушки Лидии.
— Она талантливый фотограф, — сказала я, стараясь скрыть разочарование.
— А еще я открываю новую колонку на последней странице газеты, и, вместе с этим и новую должность, — сказал Себастьян, — Это будет еженедельная колонка «Люди Нью-Йорка». Душевные, без излишеств, портреты людей со школы, с короткими сопроводительными интервью. Интересные факты, может, краткие биографии.
Это было похоже на супер крутую идею, но я не знала, что сказать. Мой мозг стремился понять, к чему он клонит.
— Звучит потрясающе! — одобрила я, — мы видим людей у школы каждый день, и знаем о них лишь то, что лежит на поверхности, а не то, что сокрыто глубоко внутри. Почему они такие, какие есть. Прости, это, наверное, перебор, — извинилась я.
— Вот именно! Речь идет о разговоре с людьми, которых ты не знаешь.
— «Люди, Которых Ты Не Знаешь». Идеальное название.
Себастьян наклонил голову, и его взъерошенные каштановые волосы упали на лоб.
— Мне нравится ход твоих мыслей, Матис.
— Мне нравится ход твоих мыслей, — ответила я. Боже, у меня так плохо получается.
К счастью, он этого не заметил.