Всего за 9.95 руб. Купить полную версию
Ей стало жаль потерянных месяцев: вместо того чтобы ссориться и спорить с Майком по пустякам, они могли бы получать божественное удовольствие. Ничего, подумала она, случившееся сегодня — только начало их новых отношений.
Она поежилась, живо воссоздав в памяти сцену их совокупления в ее кабинете на рабочем столе, среди поздравительных открыток, журналов и фотографий. Раньше она не задумывалась, понравится ли ей совокупляться с завязанными глазами. Но теперь, испытав глубочайшее удовлетворение с Майком, явно тяготеющим к садомазохизму, она почувствовала живой интерес к нетрадиционному сексу. Чему ее обучит Майк?
По спине у нее пробежала дрожь, фантазии зашли слишком далеко. Она залезла в ванну и быстро разомлела от горячей воды с запахом жасмина. Из открытой двери лилась гитарная музыка, порождающая видения темной и душной южной ночи, полной любовных страстей. Снова к ней вернулся Майк, на этот раз с хлыстом в руке, и в лоне вспыхнул пожар. Она начала представлять себе его уроки секса, пришпоривая воображение легкими прикосновениями к соскам и чувствительным лепесткам волшебного цветка внизу живота.
Этому волшебному органу следовало бы поклоняться, подумала она, возводить в его честь храмы, совершать религиозные обряды. Почему фаллос стал предметом поклонения у многих народов, а клитор — нет? Это несправедливо, клитор тоже заслуживает, чтобы его увековечили в камне и в дереве, сделали идолом.
Пальцы Тамзин нащупали крохотную головку чувствительного бугорка в райских кущах на лобке, раздвинули складки наружных половых губ и стали поглаживать блестящий розовый перл — источник чистой радости и неземного удовольствия. По сравнению с ним вялый пенис выглядел уродливо и нелепо. Что же удивляться тому, что многие женщины становятся лесбиянками? Половые органы мужчин их пугают и отталкивают.
Разгоряченная подобными умозаключениями, Тамзин поглаживала любимый орган пальцами одной руки, вставив два пальца другой во влагалище. Приятные ощущения нарастали, она стала тереть клитор энергичнее и вскоре достигла оргазма. Но в самый сладкий миг неожиданно раздался голос Тима:
— Право же, дорогая, ты могла бы и дождаться меня! Сказочный мир удовольствия рассыпался на осколки. Она открыла глаза и увидела, что Тим стоит в дверях, одетый в темно-серый вечерний костюм и готовый ужинать в ресторане.
— И давно ты на меня пялишься? — рявкнула Тамзин, прикрыв груди губкой, как щитом, словно бы он не видел ее голой.
— Достаточно давно, — невозмутимо ответил Тим и покосился на свою оттопыренную членом брючину. — Я не знал, что ты грешишь рукоблудием.
— Ты многого еще обо мне не знаешь, — резко сказала Тамзин, встала и, обернувшись махровым полотенцем, ступила на коврик.
— В самом деле? — Тим вскинул одну из своих кустистых бровей. — Может быть, ты соблаговолишь просветить меня? Между нами не должно быть секретов.
Тамзин окинула его презрительным взглядом, ей все стало ясно. Пусть он богат, обаятелен и холост, но тратить остаток жизни на то, чтобы ему что-то объяснять, она не собиралась. И уж если быть честной до конца, то и проводить с ним этот вечер тоже не хотелось.
— Все кончено, Тим, — холодно сказала она и вышла из ванной.
— Как это понимать? — спросил он, провожая ее изумленным взглядом.
Тамзин обернулась, взглянула на его ошарашенное лицо и, с трудом подавив смех, сказала:
— С меня довольно! Ты прекрасный парень, Тим, и ни в чем не виноват. Просто мы разные люди и не подходим друг другу. Уходя, оставь ключ от квартиры на столе в прихожей.
Глава 2
Разрыв отношений с любым давним знакомым вызывает у человека тягостные чувства. Расставшись с Тимом, к которому Тамзин успела привыкнуть, она впала в хандру. Приближающиеся рождественские праздники уже не казались ей радостным событием. Момент для расставания был не самый удачный.