Но ещё раз Бычков отлично принимает мяч.
Болельщики «Молнии» топают ногами от восторга.
Вратарь хочет выбить мяч в игру, но в эту минуту раздаётся громкое, отчаянное «мя-у, мя-у»!
Бычков невольно оглядывается и застывает на месте. За его спиной, на сетке ворот, вцепившись в неё когтями, висит чёрный котёнок.
Опять чёрная кошка!
Бычков даже зажмурился:
— Вот проклятье! Сейчас нам забьют гол!
Так, с закрытыми глазами, он отбивает мяч, но не в игру, а в собственные ворота.
Раздаётся свисток. Матч закончен.
Диктор. Итак, ввиду оплошности вратаря Бычкова…
Свист и хохот болельщиков заглушают голос диктора.
Вверх летят шляпы, портфели.
Болельщики «Птицефермы» на радостях обнимаются, целуются, поздравляют друг друга.
— Котёнок спас «Птицеферму»!
— Где он? Его надо записать в историю футбола!
— Где этот исторический котёнок?
Десятки рук высоко поднимают котёнка.
Его гладят.
Его фотографируют.
Надевают ему на шею венок из ромашек.
— Ура котёнку!
Перед экраном телевизора Борис Иванович смеётся от души.
Анна Петровна кричит, волнуясь:
— Послушай, это мой котёнок! Он же мою чашку разбил! Скажи им, что это наш котёнок, — тормошит она Бориса Ивановича.
Будто услыхав её слова, Боря начинает энергично проталкиваться к котёнку, стараясь до него дотянуться.
Котёнок тотчас же сам прыгает к нему на руки.
Со стадиона, в весёлой толпе болельщиков, Алик и Боря торжественно несут чёрного котёнка, увенчанного ромашками.
Площадь пустеет.
Последним со стадиона выходит одинокий мрачный Бычков.
Останавливается у афиши. Под словом «Молния» детской рукой приписано: «0!»
В глазах Бычкова круглый ноль превращается в улыбающуюся мордочку чёрного котёнка. Он насмешливо подмигнул Бычкову, весело кивает зрителям, прощаясь с ними.
ПОЧЕМУ ТЕЛЕФОН ЗАНЯТ
Для тех, кто подрос
В ПУСТОЙ КВАРТИРЕ
Я дверь открыл своим ключом.
Стою в пустой квартире.
Нет, я ничуть не огорчён,
Что я в пустой квартире.
Спасибо этому ключу.
Могу я делать что хочу,
Ведь я один в квартире,
Один в пустой квартире.
Спасибо этому ключу.
Сейчас я радио включу,
Я всех певцов перекричу.
Могу свистеть, стучать дверьми,
Никто не скажет — не шуми!
Никто не скажет — не свисти!
Все на работе до пяти.
Спасибо этому ключу.
Но почему-то я молчу,
И ничего я не хочу
Один в пустой квартире.
ПОЧЕМУ ТЕЛЕФОН ЗАНЯТ
По телефону день-деньской
Нельзя к нам дозвониться!
Живёт народ у нас такой —
Ответственные лица:
Живут у нас три школьника
Да первоклассник Коленька.
Придут домой ученики,
И начинаются звонки —
Звонки без передышки.
А кто звонит? Ученики,
Такие же мальчишки.
— Андрей, что задано, скажи?
Ах, повторяем падежи?
Всё снова, по порядку?
Ну ладно, трубку подержи.
Я поищу тетрадку.
— Серёжа, вот какой вопрос:
Кто полушария унёс?
Я в парте шарил, шарил,
Нет карты полушарий!
Не замолкают голоса,
Взывает в трубке кто-то:
— А по ботанике леса,
Луга или болото?
Звонят, звонят ученики…
Зачем писать им в дневники,
Какой урок им задан?
Ведь телефон-то рядом!
Звони друг другу на дом!
Звонят, звонят ученики…
У них пустые дневники,
У нас звонки, звонки, звонки.
А первоклассник Колечка
Звонит Смирновой Галочке
Сказать, что пишет палочки
И не устал нисколечко.
ЛЕТО НА ВЕСАХ
Есть в нашем лагере весы,
Не просто так, не для красы,—
Мы выясняем по утрам,
Кто пополнел, на сколько грамм.
Нет, мы не ходим в дальний лес:
А вдруг в походе сбавим вес?!
Нам не до птичьих голосов,
Проводим утро у весов.
Нельзя бродить нам по лесам:
Всё по часам! Да по весам!
А в дождь — мы сразу под навес.
Ребята ценятся на вес!
И сколько здесь бывает драм:
Серёжа сбавил килограмм,
И долго охал и стонал
Весь медицинский персонал.
Вдруг изменился наш режим:
С утра на речку мы бежим,
Мы обнимаемся, визжим…
Ура! Не вешайте носы —
У нас испортились весы!
ВОРОНЫ
Над городом,
Над парками
Вороны
Как закаркали!
А я кричу:
— Не каркайте!
Хотим мы с папой
В парк идти!
Как чёрные кляксы
Вороны
Уселись на ветке
Зелёной!
Я знаю их чёрные мысли:
Им нужно, чтоб тучи нависли,
Чтоб дождик
Запрыгал по лужам!
А мне он не нужен!
Не нужен!
Но вновь они закаркали,
Прикинулись знахарками:
Мол, будет дождь
Над парками,
Над парками,
Над парками!
Орут они на дереве.
Мы с папой не поверили,
Не взяли даже
Зонтика:
Светло
На горизонте-то!
И солнышко над парками
Сияет и горит.
— Нет, мы не верим карканью!—
Мой папа говорит.
Пусть каркают
Простуженно
Вороны,
Чуть не дюжина,
Мы в парк идём,
До ужина.