Всего за 199 руб. Купить полную версию
Приготовление ужина не заняло много времени. Уже через несколько минут перед Ником поставили полную тарелку макарон с щедрым куском масла и водруженными в центре кусочками консервов.
- Значит… У тебя был свой бизнес.
- Ага… - поморщившись, Лада растерла бедро и осторожно опустилась на стул.
- И что же с ним приключилось?
- О, совершенно банальная история. Рейдерский захват. Ну, знаешь, как это бывает, когда под дело взято много кредитов… Их перекупили, состряпали суд… без документов такие вопросы не решаются, ты, наверное, в курсе, и, собственно, вот…
- Почему ты не боролась? – Ник выглядел как-то странно. Напряженно, будто её рассказ не на шутку его взволновал. Темный взгляд его глаз пробирал до костей. Лада передернула плечами.
- Сложно бороться из реанимации. Да и незачем… Этот проклятый бизнес отнял у меня слишком много. Время, которое я могла провести с любимым мужчиной. Детей, которых я не родила… Счастье, которое было под носом, и которое я не смогла разглядеть…
- Думаешь, во всем виноват твой бизнес?
- Нет… Виновата как раз я сама. Всю жизнь я гонялась за каким-то мифическим, навязанным обществом идеалом. За тем большим, чего у меня не было, и к чему я так отчаянно стремилась… Но все это было бессмысленно. На самом деле для счастья мне не нужно было чего-то такого… А теперь уже слишком поздно.
- Почему ты так уверена в этом? Тебе сколько? Тридцать? Тридцать два?
- Тридцать четыре…
- У тебя впереди целая жизнь… Ладно! Не буду – это звучит банально…
Лада улыбнулась краешком губ, соглашаясь с его последними словами.
- Просто иногда мы теряем ориентиры… Мне это очень знакомо. Но ведь нельзя сдаваться… Нужно найти в себе силы двигаться дальше… Твой бизнес… Вероятно, ты была в нем успешна… он приносил тебе удовольствие, почему бы тебе не вернуться к любимому делу, вместо того, чтобы прозябать здесь? – Ник говорил довольно запальчиво и эмоционально, сдабривая слова нервным движением рук.
Лада пожала плечами и, припадая на ногу, встала из-за стола. Она не хотела спорить с Ником и не хотела ему объяснять... Она даже себе не готова была признаться, что выбрала этот путь неспроста. Ее жизнь была покаянием. Покаянием перед погибшим мужем.
Глава 6
В тот день Лада спала дольше обычного. Пока запертые в сарае куры не подняли громкий, возмущенный произволом хозяйки крик. Тогда она выскользнула из-под легкого одеяла, умылась, не глядя в зеркало, и, накинув халат, выскочила на улицу. Главное - открыть птицу и насыпать им зерна, а уж после можно будет позаботиться и о себе.
Между кустами хризантем, высаженных возле сарая, мелькнул деловито вздернутый хвост.
- Бродский! Ну, слава богу, ты где бродил?
Лада подошла к заметно похудевшему коту и, осторожно присев на корточки, почесала того за ухом. На самом деле она не волновалась о Бродском. Он был известным Донжуаном и, в противовес всем канонам, октябрь на календаре никак не влиял на его либидо. Вольная любвеобильная душа Бродского готова была последовать за понравившейся кошечкой хоть на край света, и тогда он исчезал на день, а то и на два. Так что Лада уже даже привыкла к тому, что у ее кота была намного более насыщенная жизнь, чем у нее самой, и не пугалась, когда тот пропадал.
- Мя… - пожаловался Бродский.
- Истаскался весь! Не кормили?
- Мя…
- Сейчас-сейчас, только кур открою. Они первые попросили есть. Все по-честному, - объяснила Лада коту. За спиной раздался тихий гортанный смешок. Она резко обернулась.
- Ты всегда разговариваешь с животными?
Вспыхнув, женщина резко встала. Больная нога не выдержала такого пренебрежения и отозвалась острой болью в мышцах.
- Ох, - простонала Лада.
- Ты в порядке?
Ник подхватил ее за руку, сосредоточив на Ладе свой испытывающий взгляд. Еще вчера она заметила в его глазах нечто необычное, какую-то сумасшедшую энергетику, прущую из их глубины. Но только в утреннем свете, касаясь телом тела, обратила внимание на их удивительно яркий цвет. Его глаза были вовсе не карими, как ей показалось сначала. Глаза Ника были насыщенно-серыми. Такими же серыми, как штормовое море… Или затянутое тучами небо, или… Ну, вот… Опять. Она пялится на него, как дура! Резко отступив, отчего мышцы вновь отозвались болью, Лада заметила:
- Да, все хорошо. А насчет животных… Порой это мои единственные собеседники.
- И это твой выбор? – тихо поинтересовался Ник, и Ладе ничего не оставалось, кроме как снова на него посмотреть. Она не могла понять настойчивости мужчины. И злилась от того, что он взялся судить, ничего о ней толком не зная.
- Почему ты решил, что можешь меня осуждать? Только лишь потому, что помог мне?
Лада развернулась и, тяжело ступая, двинулась к сараю. Насыпала зерна, налила воды в поилку и уж тогда открыла дверь, выпуская птиц в закут. Петух-скандалист, будто бы почувствовав воинственный настрой хозяйки, обошел ее по дуге, глядя недобрым красным глазом – обещая, что в следующий раз она так просто от него не отделается. Лада горько хмыкнула. Собрала яйца в подол и торопливо вышла за калитку.
- Я не осуждаю тебя.
- Мы разве не закрыли тему? – удивилась Лада тому, что Ник еще не ушел.
- Правда… Я не осуждаю.
- А мне показалось, что именно это ты и делаешь. Что выглядит довольно самоуверенно, учитывая тот факт, что ты не бывал в моей шкуре и знаешь о ситуации лишь понаслышке.
- Ты так в этом уверена?
- В том, что ты ни черта не знаешь? – все больше злилась Лада.
- В том, что я не бывал в твоей шкуре, – так же яростно крикнул Ник. Потом зарылся пальцами в густые, давным-давно не стриженые волосы и выругался. – Так кто из нас самоуверенный? – тихо добавил он.
У ног мякнул Бродский. Лада подхватила кота с земли и прижала к груди, будто прячась за ним от проблем. В ней было слишком много собственной боли, чтобы впустить в душу еще хоть немного, но, тем не менее, она не смогла промолчать:
- Ты неспроста сюда приехал, ведь так?
- Меня сюда привело несчастье с сыном. Мне говорят – его нет. А я никак не могу в это поверить…
Ник запрокинул голову к небу, словно это была единственная для него возможность не дать пролиться слезам. Лада сглотнула:
- Прости… Я не хотела, Ник, правда… Порой я забываю о том, что боль – это не моя личная индульгенция.
- Да… Ты тоже извини.
Они замолчали. Лада теребила подол, размышляя о несправедливости жизни.
- Как его звали?
- Ник… Его звали Ник… Как и меня.
Лада кивнула, оглянулась на мужчину и медленно побрела к дому. Ник последовал за ней.
- Завтракать будешь? – спросила она, перекладывая яйца в холодильник.
- Что-то нет аппетита.
- Тогда выпьем кофе… Я тоже не голодна.
Ник кивнул, выждал немного, сомневаясь, но все же вернулся к не слишком приятной для Лады теме:
- Ты прости меня... Я не имею права тебе что-то советовать. Просто вижу, что ты несчастлива здесь. И как для товарища по несчастью хочу для тебя лучшей доли.
- Опять ты за свое, – нахмурилась Лада, ставя турку на огонь.
- Да… Выходит, что так, – криво изогнул губы Ник, но вряд ли это движение можно было назвать улыбкой.
- Ник… Как с товарищем по несчастью, я готова обсудить с тобой все, что угодно. Но только не свое решение здесь остаться. Это мой долг, прости. Я больше не хочу муссировать эту тему.
Под ее строгим взглядом Ник отступил. В знак капитуляции выбросил вперед обе ладони. Выждав пару секунд, зарылся руками в волосы.
- Какие твои планы на день?
- Мои? – Лада удивленно вскинула брови.
- Да. Твои, - глядя ей прямо в глаза, подтвердил Ник. - Мне нравится твоя компания. Да и тебя вроде не напрягает мое общество.
Лада отвернулась, не сумев выдержать его взгляд. Уж не намекал ли он на искры, пробежавшие между ними?
- Я планировала проведать Лидочку, а после вспушить клумбы.