Эти нежные цветы всегда казались Тайрону эмблемой чистоты и, возвращаясь в южную Францию, он всегда с нетерпением ожидал увидеть вновь их изысканную красоту.
Он любовался ими в тот момент, когда открылась парадная дверь и кто-то вошел.
Обернувшись, Тайрон увидел девушку. Поверх белого платья на ней была белая накидка, и с первого взгляда она казалась такой же чистой и совершенной, как лилии, на которые он только что смотрел.
Закрыв за собой дверь, девушка скинула с головы шарф, и Тайрон увидел ее пламенеющие огнем рыжие волосы, так любимые художниками венской школы.
Огромные глаза казались неестественно большими на ее изящном личике с идеально правильными чертами. Сначала ему показалось, будто глаза у нее темные, но когда она повернулась, он увидел на свету, что они зеленые.
Девушка пристально смотрела на него, словно завораживая своим взглядом, и он не мог отвести от нее глаз. Тайрон почувствовал, что в этом было что-то значительное.
Наконец она спросила:
— Кто вы?
— Я Тайрон Штром, — отвечал он, — брат леди Меррил и — дядя Дэвида.
Он выделил последние два слова, и на алых губах Невады мелькнула улыбка.
— Ну конечно! Вас ожидали вчера. Дэвид мне много о вас рассказывал.
— Я тоже много о вас слышал, мисс ван Арден.
— И я уверена, что все не в мою пользу, — насмешливо заметила девушка.
— Вот именно!
Эти спокойно произнесенные слова прозвучали как оскорбление.
Она бросила на него взгляд из-под темных очень длинных ресниц;
— Итак, путешественник, исследователь, любитель приключений, джентльмен, чьи подвиги окутаны тайной, настроен критически к еще незнакомой девушке!
— А вы ожидали чего-нибудь другого?
— Я ничего не ожидала, мистер Штром. Просто забавно видеть такое предубеждение, — Только в отношении некоторых людей.
— И меня в особенности.
Невада сделала легкий жест рукой, который он не мог не признать весьма изящным.
— Вы сама ставите себя в такое положение, мисс ван Арден, в котором оказываетесь легко уязвимы для критики, — пожал плечами Тайрон.
— Я предпочитаю подвергаться критике, чем быть пустым местом, не оставляющим никакого впечатления у окружающих, — небрежно бросила Невада.
— Я уверен, что это было бы невозможно. Это был комплимент, и, увидя в ее глазах улыбку, он почувствовал, что она нарочно старается подстрекать и провоцировать его.
Ее следующие слова укрепили в нем это впечатление.
— Вы так долго прожили где-то в дебрях, мистер Штром, что совсем отвыкли от цивилизации. Позвольте мне уверить вас, что будет очень забавно разоблачить ваше невежество и найти недостатки у такого прославленного героя.
Каждое мягко выговоренное слово было похоже на выпад искусного фехтовальщика.
Невада ван Арден Направилась к лестнице. Когда она проходила мимо него, он ощутил аромат туберозой с презрением подумал, что это были совсем неподходящие духи для такой молоденькой девушки.
— Спокойной ночи, мистер Штром, — сказала она, держа руку на перилах. — Я стану с нетерпением ожидать нашей завтрашней встречи, но вы должны простить меня, если я скажу, что на первый взгляд вы меня разочаровали.
Ее зеленые глаза вызывающе блестели, а губы усмехались.
Она медленно поднималась по лестнице с поистине королевским достоинством и грацией, чувствуя на себе его взгляд.
Когда он услышал, как захлопнулась дверь ее комнаты, Тайрон засмеялся.
Мисс ван Арден, жесткая, неприятная особа, воплощение всего, что он терпеть не мог в современных женщинах, по внешности, во всяком случае, оказалась совсем не такой, какой он ожидал ее увидеть.
«Неудивительно, — подумал он, — что наш бедный кролик Дэвид зачарован этой экзотической змеей — хотя с ее рыжими волосами ее лучше бы уподобить лисице, злой и коварной».