Но ведь я не сама на нее ступила. До недавнего времени я и понятия не имела о ее существовании. Меня проводили. Подтолкнули. Значит ли это, что знающий человек, с даром, естественно, может провести этой дорогой и обычного человека?
Нет, Милана, покачала головой ведьма и одарила меня снисходительным взглядом. Как слепец не различит яркости красок, так и обычный человек никогда не увидит нужной дороги. Обычному человеку не дано увидеть проявления магии. Изредко лишь ощутить воздействие. Но, даже получив помощь от настоящей ведьмы, они сочтут произошедшее чудом в первую очередь, и только потом умениями ведьмы.
А семья? озадаченно выдохнула я. По разговору с мамой поняла, что она однажды уже бывала здесь, значит, дар, пусть и спящий, неразвитый, имела, но выбрала другую судьбу. Отца своего я никогда не знала. У мамы сохранилась единственная, пожелтевшая от времени фотография, с которой на меня взирал молодой мужчина, а если говорить точнее, то и вовсе паренек, чье лицо помутнело с годами. Он умер, когда я была еще младенцем. Но я была уверена, что не имел никакого отношения к миру волшебства и чудес. А что если бы был жив? Как бы отнесся к моему исчезновению, смог бы принять правду?
Те, что уходят тропой, почти всегда возвращаются. Тот мир нам чужд. Но случается и любовь. Редко. Бывали случаи, что девушки, побывав здесь, все же возвращались. Или же их просто никто не проводил этой тропой. Они так и остаются в неведении.
Занятно. Я мысленно хмыкнула, отмечая, что наша семья сплошное исключение. Бабушка из этого мира ушла навсегда, так и не вернувшись (вопрос о причинах так и продолжал сверкать неоновой вывеской в моих мыслях), мама, побывав, ушла. "Не мое это", твердила она, хотя теперь мне казалось, что могли быть и другие причины. Та же влюбленность. А вот я Бабушка умерла, но и с того света умудрилась каким-то образом затащить меня на лунную, надеюсь, что не скользкую, дорожку. И если бы ни ее упорство, я бы так и осталась в неведении. Мама бы не стала посвящать меня в подробности. Но рада ли я тому, что случилось? Я и сама ответить себе не могла на этот вопрос. Моя душа словно на две части рвалась. Одна летала, пребывала в эйфории от нахождения здесь, сердце замирало в предвкушении чудес и приключений, а другая стремилась в родной, привычный мир, к маме, к знакомым, к немногочисленным подругам К привычному укладу, нормальной сантехнике, горячей воде. Но я сидела под открытым небом и слушала Хранительницу.
Правильно, с самым невозмутимым видом ответила Ядвига Петровна и коротко кивнула, только те, чья кровь несет дар, могут пройти сквозь защиту по хрупкому мосту, связавшему наши миры. Как и озвучила Милана тропой снов. Также известной как туманная тропинка и лунная дорога.
Но ведь я не сама на нее ступила. До недавнего времени я и понятия не имела о ее существовании. Меня проводили. Подтолкнули. Значит ли это, что знающий человек, с даром, естественно, может провести этой дорогой и обычного человека?
Нет, Милана, покачала головой ведьма и одарила меня снисходительным взглядом. Как слепец не различит яркости красок, так и обычный человек никогда не увидит нужной дороги. Обычному человеку не дано увидеть проявления магии. Изредко лишь ощутить воздействие. Но, даже получив помощь от настоящей ведьмы, они сочтут произошедшее чудом в первую очередь, и только потом умениями ведьмы.
А семья? озадаченно выдохнула я. По разговору с мамой поняла, что она однажды уже бывала здесь, значит, дар, пусть и спящий, неразвитый, имела, но выбрала другую судьбу. Отца своего я никогда не знала. У мамы сохранилась единственная, пожелтевшая от времени фотография, с которой на меня взирал молодой мужчина, а если говорить точнее, то и вовсе паренек, чье лицо помутнело с годами. Он умер, когда я была еще младенцем. Но я была уверена, что не имел никакого отношения к миру волшебства и чудес. А что если бы был жив? Как бы отнесся к моему исчезновению, смог бы принять правду?
Те, что уходят тропой, почти всегда возвращаются. Тот мир нам чужд. Но случается и любовь. Редко. Бывали случаи, что девушки, побывав здесь, все же возвращались. Или же их просто никто не проводил этой тропой. Они так и остаются в неведении.
Занятно. Я мысленно хмыкнула, отмечая, что наша семья сплошное исключение. Бабушка из этого мира ушла навсегда, так и не вернувшись (вопрос о причинах так и продолжал сверкать неоновой вывеской в моих мыслях), мама, побывав, ушла. "Не мое это", твердила она, хотя теперь мне казалось, что могли быть и другие причины. Та же влюбленность. А вот я Бабушка умерла, но и с того света умудрилась каким-то образом затащить меня на лунную, надеюсь, что не скользкую, дорожку. И если бы ни ее упорство, я бы так и осталась в неведении. Мама бы не стала посвящать меня в подробности. Но рада ли я тому, что случилось? Я и сама ответить себе не могла на этот вопрос. Моя душа словно на две части рвалась. Одна летала, пребывала в эйфории от нахождения здесь, сердце замирало в предвкушении чудес и приключений, а другая стремилась в родной, привычный мир, к маме, к знакомым, к немногочисленным подругам К привычному укладу, нормальной сантехнике, горячей воде. Но я сидела под открытым небом и слушала Хранительницу.