– Ладно, – Даша смягчилась. – Чего молчишь? Пойдем в клуб...
*******
Мы встретились у метро, как обычно. Я сразу заметил, что Даша напряжена. Пальто запахнула. Руки скрестила на груди. На меня почти не смотрит. Возможно они на нее давят. Может быть, уже спрашивали о письме, засылали своих агентов... А вдруг ее пытали?!
Внутри моей головы сами собой возникают чудовищные картины: кровавые сцены жестоких пыток, стоны от нестерпимых страданий. Я начинаю считывать данные с параллельных информационных потоков. Совершенно точно – Дашу пытали. Но ведь она ничего не знает обо мне. Она не могла меня выдать.
Я беру себя в руки. Пытаюсь сосредоточиться. Они могли установить на ней передающие устройства.
– Подержи сумочку, – говорит она пред тем, как снять пальто в гардеробе клуба.
Говорит спокойно, как будто невзначай, словно просит меня о какой-то совершенно невинной вещи. Я беру ее сумочку в руки и понимаю – передатчик здесь. Странный излом металлической молнии... Все точно, они снабдили ее специально аппаратурой. Что делать?!
– Что ты в нее так вцепился? – Даша забирает у меня свою сумочку.
Гардеробщица принимает мою куртку, и я замечаю, что она мне подмигивает. Что это значит? Она хочет мне что-то сказать?
Я получаю номерок, на нем код – "43А": 43 – это 7, потому что если сложить 4 и 3, то получится 7. Но почему 7А? "А" – это первая буква алфавита, символ начала. Семь начал... Семь начал конца света?!
Семь Ангелов в Апокалипсисе приходят на землю, чтобы уничтожить мир греха: "Имеющий ухо, да услышит!" Семью смертными грехами – гордостью, алчностью, похотью, гневом, чревоугодием, завистью, ленью – поражено современное человечество. И семь кругов Чистилища ведут из Ада в Рай...
Мне дали подсказку! Я вернулся на пару шагов назад и подмигнул гардеробщице. Слава богу, я не один! Мне посылают помощников!
Мы с Дашей идем вниз – этот клуб расположен в полуподвальном помещении. Темно. Окон нет. Гремит музыка. Гвалт пьяных голосов. Сверкают вспышки прожекторов. Люди беснуются в центре зала. Сущий ад.
*******
Контингент обычный – молодые люди. За их "наплевать" скрыты все семь смертных грехов. Они только делают вид, что им на все наплевать. Это такая гордость: "Да, денег у нас нет, да, будущего у нас нет, да, мы несчастны, но нам на все это наплевать!" А на самом деле, они отчаянно хотят денег.
Деньги – это их счастье: жрачка и секс. Чревоугодие и похоть. Все, о чем бы они ни говорили, сводится к деньгам. А деньги – к жрачке и сексу. Это – алчность. Их зависть к детям "богатых и знаменитых" язвительна. Они ненавидят всех, кто может удовлетворить любую свою фантазию. Их фантазия – чревоугодие и похоть.
Они ненавидят своих бедных родителей за то, что они бедные. Они ненавидят своих учителей, которые говорят им, что не в деньгах счастье. Они ненавидят своих друзей, которые не могут дать им денег. Они ненавидят сами себя за то, что у них их нет. Чаша гнева этих заблудших душ переполнена. Но они не хотят работать и зарабатывать. Деньги должны упасть им в руки. Лень.
Деньги – замкнутый круг. Без денег нет счастья, потому что деньги – это "можно", а их отсутствие – "нельзя". Но деньги не приносят счастья, потому что они делают человека зависимым. Страх разорения – это зависимость. Состоятельный человек боится разорения больше смерти. Деньги – это свобода и порабощение. Наличие денег – это, в сущности, то же самое, что их отсутствие.
Пробравшись через ряды танцующих, мы подошли к столикам.
– Даша, хелло! – приветствует нас Дашина компания.
Я с ними не знаком. Даша "на публике" представляет Дмитрия, а Дмитрий ни с кем не разговаривает. Это никого не удивляет. Трудно удивляться, если ты вечно пьян, или под кайфом, или не выходишь из хронического депрессняка.
В такие моменты я начинаю понимать Дмитрия. Одиночество не всегда так плохо, как о нем говорят. А гусенице иногда лучше и не превращаться в бабочку...
– Даш, знаешь, Витька Серов умер от пере– доза, – лохматый парень отрывает голову от столешницы и пустыми глазами смотрит на Дашу.
– Знаю, – отвечает она и отворачивается. Очень странно – они говорят о смерти так
буднично, словно бы у них нет души. Я начинаю инстинктивно приглядываться к этим людям – знакомым Даши. Девушки, парни. Всем чуть больше двадцати. Все агенты. Даша делает вид, что ей с ними прикольно, но на самом деле это только игра. Они ее пасут. Она знает это.
Как они становятся агентами? Их покупают? Этих легко купить. Раньше дети играли в такую игру, они спрашивали друг друга: "А за какие деньги ты бы съел какашку?" И отвечали – за миллион, за сто миллионов, за сто миллионов миллионов. Сейчас дети не играют в такие игры. И так понятно, что все продается и все покупается. Дешево.
"Деньги – это все!" Все, что им может быть нужно, действительно можно купить деньгами. Эти бы и душу продали, если бы она у них была... Точно, у них нет душ! А если нет души, то человека легко сделать агентом. Человек без души – это компьютер. Какую программу в него заложишь, такая и будет работать.
Задник сцены этого клуба – большой экран. Там демонстрируют показы мод – "весна-лето", "осень-зима". Fashion-TV.
Телевидение – способ зомбирования. Все эти люди смотрят модные показы, то есть просто за движением людей. Как зомби. Бессмыслица. Все они смотрят музыкальные клипы, а смысл в них отсутствует. Имитация смысла. Это могут делать только зомби.
Они смотрят телевизионные ток-шоу – говорящие головы, которые, на самом деле, ничего не говорят. Они смотрят фильмы, содержание которых всегда одинаково. Как можно это смотреть?! Но ведь они смотрят... Значит, у них нет души. Они – зомби.
*******
Я прислушался к музыке. Звучала какая-то попсовая песня. Рефреном повторялись слова "черно-белый цвет". Как такое может быть? Как цвет может быть "черно-белым"? Или черный, или белый. Черно-белый цвет – это серый. Но серый – это серый. Это не черно-белый.
И тут я начинаю понимать. Эту песню крутят специально для меня. Это математическая задача. С точки зрения ньютоновской физики, черно-белый цвет невозможен в принципе, но для ядерной физики это возможно. Просто нужно знать принцип дополнительности Нильса Бора.
Бор доказал, что невозможное возможно, что свет – это одновременно и частицы света, и световая волна. Мы не можем это представить, но такова правда и сакральная тайна Вселенной. То, что кажется твердым, – только кажется твердым.
Любой предмет состоит из элементарных частиц, но каждая такая частица – это еще и волна бесконечной протяженности. Волна, находящаяся одновременно во всех концах Вселенной. Лишь сконцентрированная в данной точке. И это не фантазия – это научный факт! Достаточно провести простое голографическое исследование.
С помощью специальной съемки мы переносим изображение обычного стула на фотопластинку.
Получатся полосы и пятна. Ничего общего с реальным стулом. Теперь ставим эту пластинку под луч лазера и видим, как рядом возникает трехмерная голограмма этого стула.
А теперь разобьем эту пластинку на маленькие кусочки, и пропустим луч лазера через один из них. Что мы получим в результате? Перед нами снова возникнет полное, точное изображение целого стула!
Кусок твердого предмета – кусок твердого предмета. Но он не твердый, он – волна. Маленькая частица волны – это вся волна. Я, находящийся в этом клубе, на самом деле присутствую сейчас во всех частях Вселенной!
"Бор! Бор! Бор!" – сотни голосов внутри моей головы стали вдруг на все лады повторять это имя.
"Черно-белый цвет!" – звучало вокруг, толпа танцующих хором выкрикивала слова звучащей для меня песни.
Вот! Как же я сразу не сообразил! Бор специально ездил в Китай. Он изучал китайскую философию и понял, что она полностью соответствует его научным теориям. Получая дворянский титул, он попросил, чтобы на его гербе был знак Дао. И надпись – "Contraria sunt complementa" – "Противоположности дополняют друг друга".
Да, все точно! Черно-белый цвет – это принцип Дао! Инь и Ян – черное и белое, две противоположные силы, создающие Вселенную. Созидание и разрушение, смерть и рождение – вот, что такое Дао. Дао означает "Путь", символ бесконечного движения и изменений. Рожденное должно умереть, умершее – воскреснет. Это мой план!
"Тому, кто подчиняется течению Дао, следуя естественным процессам Неба и Земли, не сложно управлять всем Миром", – так говорил Лао-цзы.
*******
Молодой человек, послышалось сзади. Я обернулся. Худой, длинный – под два метра – мужчина. Лет сорок, сорок пять. Весь в коричневом – с головы до ног. Костюм коричневый, рубашка коричневая, галстук коричневый, ботинки коричневые и фетровая шляпа-котелок тоже коричневая.
– Вы меня? – спросил я.
– Да, – ответил долговязый, продолжая смотреть на меня в упор.
– Чего вы хотите? – у меня по спине пробежал холодок.
– А чего вы хотите? – ни один мускул не дрогнул на его лице.
– Ничего, – мне стало совсем не по себе.
– Неправда.
– Правда! – заорал я.
– Вам разве не нужна помощь? – спросил незнакомец и странным образом вытянул шею. Мне показалось, что она у него пластилиновая.
– Нет!
– И вас не беспокоит передатчик в сумке вашей спутницы? – его голова придвинулась ко мне еще ближе, я почувствовал его дыхание прямо возле своего уха.
– А вы откуда знаете про передатчик? – я остолбенел.
– Я бы советовал вам избавиться от него, – незнакомец едва заметно улыбнулся. – И чем скорее, тем лучше.
– Как?!
– Выкрасть.
– Нет, я не краду чужие вещи!