Пришел в себя я в этот раз от воды, щедро льющейся на голову.
Живой?
Живой, вроде. Что это было?
Диверсанты немецкие, а можа, националисты местные, кто ж их знат. Гоняли, мы их тут бывало, по лесам последни два года, да уж! Однако мотор наш откатался, радиатор пробило, станция Березай нам выходит, как грится.
А водила где?
За водой пошел, да вот он и воротился вже.
Над бортом появилась знакомая рожа.
Вот воды ведро, да хлеба краюху оставлю, живите, не скучайте, попробую быстро обернуться.
Откель ж ты тако ведро то взял погано, с него ж бензином тащит за версту!
А где я тебе другое возьму? Пить захочешь, еще не то в глотку вольешь!
Винтовку тож оставь!
Ишь куда хватил, винтовку ему! Она на меня записана, нельзя мне без нее.
Так и машина на тебя записана, тож с собой прихвати! Нагрянет к нам кто из стрелявших, как мы тут неходячие да безоружные?
Да я далеко от них отъехал, небось не погонятся. И машину плотно в кусты загнал, рядом пройдешь, не заметишь. Пока, мужики, пошел я!
Кусты зашуршали, и наступила гнетущая тишина, оттеняемая фоновым шумом недалекого, видимо, шоссе.
«Пройдешь рядом, не заметишь»! А следы как же? Ворчал Назар. Да у этого шоферюги и винтовка, небось, мухами засижена, так что стрелять из нее страшно
Я медленно приходил в себя после недавних мучительных минут. Боль нехотя покидала битое тело, и мысли так же не спеша возвращались в опустевшую было голову.
Итак, подведем предварительные итоги переселения души, так сказать. Попал я хуже не придумаешь, и захочешь, да не сумеешь. Место и время совершенно катастрофические, а состояние моего нового тела не только не позволяет активно действовать, но и вызывает вполне обоснованные опасения за его дальнейшее существование. Проще говоря, ни сбежать, ни защищаться, а того и гляди, как бы совсем не загнуться. Перевязан я, правда, кажется, добротно и квалифицированно, и первая помощь оказана, и последующая обработка повреждений произведена. Но как пройти курс реабилитации?
Как думаешь, не оставят нас здесь доходить? В тему влезает Назар.
Думаю, как раз оставят. Тут армии и фронты пропадают, а чего уж говорить о двух раненых. Да о нас и не вспомнит никто.
Ты о чем это? Каки-таки армии да фронты, где пропадают?
Да, про армии и фронты я рановато заикнулся, в первый день войны «надежды юношей» еще не оставили.
Вот в Польше и Франции, например.
Да ты сравнил же хрен с пальцем! Где та Франция, и где Советский Союз? Пилсудский и Чемберлен, или товарищ Сталин! Тьфу! Смачно плюнул за борт Назар.
Назар разошелся, убеждая меня, что Сталин голова, и что палец ему в рот класть не следует, а я, не вступая с ним в дебаты, тем более, что в целом и сам был с ним согласен, вновь углубился в размышления о своем незавидном положении. Если нас здесь забудут и бросят, то через несколько часов или дней мы окажемся в немецком тылу, а фашисты с неходячими пленными не церемонятся. Аборигены тут поголовно бандеровцы, и встреча с ними опять же не сулит ничего хорошего. Даже в самом лучшем случае, если водитель вернется с подмогой, и нас эвакуируют в тыловой госпиталь, отлежусь я там месяц, ну, два, а потом снова на фронт, с винтовкой на танки в атаку «ура»? Нет, как ни крути, надо уносить отсюда ноги. Точнее, не ноги, ноги пусть здесь остаются, как и все остальное. Сознание надо отсюда уносить, и поскорее.
Так, начинаю. Расслабляюсь. Тяжелею. Теплею. Считаю Не получается. Пробую по новой Снова облом. Еще раз Нет, ни в какую. Что за хрень? Подумав, соображаю, что проблема, скорее всего, в положении «на животе». Обычно аутогенном я занимался лежа на спине, либо сидя в кресле, откинувшись. Рефлекс, привычка в психологических практиках большое дело, даже решающее. Ладно, не надо отчаиваться, все исправимо. Время есть, помучаюсь, и все получится.
А чего это Назар наш носом крутит?
Лапушкин, ничего не чувствуешь?
Нет. Занятно, в кого бы ни влетел, органы чувств приводятся к состоянию прежней материальной оболочки, вот и сейчас, и нюха нет, и правый глаз видит значительно хуже левого.
Паленым пахнет! Назар принюхивается и все больше нервничает. У этого шоферюги чегой-то загорело. Как бы нам здесь не поджариться, навроде карасей у поварихи!
Да, мало у нас проблем было, так вот еще получите! У Назара хоть ноги и переломаны, зато обе руки целы, а у меня действует только левая. Ему перевалиться через низкий борт пара пустяков, даже если плюхнется неловко, потом на локтях отползет. А у меня при первом же резком движении сознание отключится. С растущей тревогой слежу за Назаром.
Как? Разгорается? Дыма вроде нет
А ты сам не чуешь? Принюхайся!
Нет, ничего не чувствую. У меня нюха нет совсем. И ты ведро не трогай, чего ты заливать собрался?
Назар убрал руку от ведра, еще подергал носом и постепенно успокоился. Фу ты, черт, паникер долбанный, я уж думал
Назар посмотрел на меня с любопытством.
А ты что, точно ничего не чуешь? То-то я смотрю, спокойно лежишь.
В каком смысле спокойно?
Да не ворчишь на меня. Назар расхохотался. А я тут терпел, терпел, да и сходил под себя! А тебе вроде все равно. Сам-то как, не припират?