Андрей самодовольно улыбнулся. А всё он! Это он отдал ей свою мелочь на разные финтифлюшки, и в торговый центр он водил! Как она крутилась, как выпрашивала, как обнимала нежно! Ну, он добрый, вот и отдал. И теперь Зита сверкает дешевой бижутерией, как новогодняя елочка. Браслетики, клипсы с камешками, подвеска на открытой шее. Красиво, все смотрят. Ей приятно, и ему приятно вести за руку красивую девочку. А все он.
Они присоединились к компании детей и вышли на проспект.
Андрюша, пойдем медленней! тихонько взмолилась девочка. Знаешь, как тяжело идти ровно? Я не привыкла! И еще каблуки!
Привыкай быстрей! буркнул он. Видишь тубус аварийной ширмы? За ним чужой блок, там только толпой можно ходить!
Я маленькая девочка! удивилась она. Что мне сделают?
Андрей объяснил простыми словами, что ей сделают. К его удивлению, Зита не покраснела, не смутилась.
Я маленькая девочка! удивилась она. Что мне сделают?
Андрей объяснил простыми словами, что ей сделают. К его удивлению, Зита не покраснела, не смутилась.
За такое посадят, заметила она серьезно.
Не посадят, снисходительно сказал Андрей. После революции у нас общество гражданской самостоятельности. Сами за себя отвечаем, государство ни при чем. Вырастешь, будешь изучать в седьмом классе на «Обществе и государстве». Если не покалечат ничего никому не будет.
А как жить девочкам?
Ну, родственники защищают, пожал плечами Андрей. Друзья, соседи мы в кино всегда толпой ходим.
Вот это встряла пробормотала она и задумалась с каменным лицом. Андрей недавно заметил: если сестра думает о чем-то серьезном, ее лицо ничего не выражает.
Ну, а чего я хотела увидеть? буркнула она в результате. Если государство полвека назад начало избавляться от ответственности за граждан, к чему еще могли прийти? Тенденция. Мля.
И она снова надолго задумалась.
Меня один нехороший мальчик обижает, вдруг сказала она. Пинает. Грозился в подвал затащить. Защитишь?
Кто? осторожно спросил Андрей.
Младший Мальцев.
Андрей замялся. Младшего Мальцева он знал обычный дрищ. Но вот старший Мальцев у-у-у! Этот сам кому угодно не, если б не Мальцев, а кто другой, можно бы шугануть!
Я подошла к нему поговорить, пробормотала девочка. Объясниться, подружиться, может а он сразу начал меня бить. Кулаками. По лицу. Хорошо, он маленький, я закрылась, лицо не достал. Зато шел до самого подъезда и бил. Ногами тоже. А остальные смотрели и смеялись. Андрюша, он психически ненормальный. Сделай с ним что-нибудь, или он меня покалечит.
Андрей тоскливо вздохнул. Эх, если б у Малька не было старшего брата! И если б Зита не была грачкой. Грачиков положено бить они на Кавказе вон что творили! Зиту любой может нагибать, и все одобрят и поддержат. Что, одному драться со всем двором?! А так бы он, конечно, защитил!
Понятно, пробормотала Зита. Значит, сама. А как? Вы же по одному не ходите, только толпой.
Андрею почему-то стало стыдно. Но сестра больше этой темы не коснулась, спрашивала про устройство города, про стереокино, про номерные города атомного пояса «Сила Сибири» и про многое другое. Глупенькая, ничего не знает. Не то что он! Он аж в седьмом классе, и учится не ниже семерочки! Город номерной! Закрытое поселение под куполами, на вечной мерзлоте, промышленный спутник атомной электростанции на десять тысяч мегаватт! Построен после революции по программе промышленного освоения Дальней Сибири! А стереокино сейчас сама увидит, чего там понимать? Демонстрационная площадка с кольцевым проектором Левановского, любой пацан знает. Что? Ну, спросила! Да социализм наступил после революции Ферра! Социализм с русским лицом! Это всем положено знать! Куда делись остальные национальности? Ну, дурочка! Какие еще национальности?! В России русские, чего непонятного? Не, есть, конечно, и другие, но они на материке живут, общинами, с русскими не пересекаются. А в номерных городах только русские, в их второй школе, например, только Зита грачка, больше никого!
У кинотеатра кружил детский водоворот.
На премьеру попали! сказал Андрей. «Спортсменка, комсомолка, красавица» во фильм! Про девчонку, в нее сознание мужика из будущего перенеслось! Как навела шороху на всю страну!
Сестра вздрогнула и посмотрела на него испытующим взглядом.
Проходи быстрее! поторопил он. Надо своих искать, из-за тебя отстали!
Они искали свои места, когда в зале погас свет, и поразительно красивая девочка с демонстрационной площадки требовательно заглянула Андрею в глаза и в душу. Взвилась щемящая мелодия, зазвучал детский отчаянный голос:
Защити меня, папа! Унеси на руках в даль светлую!..
Он еще крепился, когда героиня росла и взрослела, когда с окровавленным лицом рубилась в хоккей, спасалась от пуль снайперов. Но когда она расстреляла все предательское правительство, упала, уставилась широко открытыми глазами в небо, когда небо медленно закружилось под ту же пронзительную мелодию и зазвучал далеко-далеко детский хор он тайком вытер злые слезы. И мысленно поклялся, что вырастет и перебьет всех отродий рода человеческого. Неважно кого. Всех.
Ну как? возбужденно спросил он сестру на выходе. Во фильм, да? Как она стреляла! Бах, бах! Олимпийская чемпионка!