Кавказское отродье! выругался он и ушел в душевую.
Далеко не сразу до него дошло, что девочка заговорила. А когда дошло, он рассердился. Горское племя! Ну что б ей с «папа-мама» не начать, как детям положено? Нет, сразу «зарэжу!» Первое слово!
Дверь в душевую он не закрыл. Типа стесняться некого. На самом деле в глубине души жила надежда, что заглянет Вероника. Как в юности. Спинку потереть, то-се Не заглянула, и он в очередной раз смертельно обиделся. Ей что, трудно?! Конечно, ей незачем, она теперь к Давиду заглядывает! Так что строгое личико так называемой дочери появилось в дверях неожиданно. Он обмер от страха. Нож, у нее нож! Пригляделся нет, расческа. Ф-фух. Без ножа заявилась. На этот раз. Скользнула равнодушно взглядом по его мужским достоинствам, словно сотню лет их видела, и уставилась в глаза.
Кто я? раздалось требовательное.
Он чуть не упал от удивления. Нормальный вопрос, да? От шестилетней дурочки, еще вчера не умевшей говорить!
Кавказское отродье! прошипел он. Иди отсюда!
Не дочь, да?
Девочка подумала. Поглядела на его руки.
Не трясись, не трону. Простила. Но больше чтоб не бил. Слова понимаю.
Будешь пакостить руки поотшибаю! пригрозил он по привычке.
Девочка подумала.
Штаны в обтяжку для толстухи очень некрасиво, рассудительно сказала она в результате. А сердечко промеж ног очень неприлично, неужели непонятно? Надень прозрачные колготки, чтоб причиндалы было видно, с сердечком на заднице, и пройдись по улице сразу осознаешь! Мне юбки нужны, до колена, понятно? Лучше плиссированные.
Оглядела его строго, кивнула своим мыслям и ушла. Он не сразу понял, о чем она. Посмотрел на свои руки. Пальцы мелко подрагивали. Б-р-р, жуть какая. Ну ее к черту. Вероника нагуляла? Вот пусть и воспитывает.
Она провела пальчиком по сенсору замка, тихонько открыла дверь, спустилась по лестнице, разблокировала еще один замок и вышла во двор. Понаставили замков, как в тюрьме, еще и надзирателя во дворе посадили! Зачем, спрашивается? Нет ответа.
Родители ее уходу не удивились, она и раньше так делала выходила, чтоб позвать к ужину брата. Да они ее ухода и не заметили ругались увлеченно на кухне. Все как обычно.
Как правило, она выходила и маячила молча в сторонке, пока брат не соизволял обратить на нее внимание. Но сейчас ей требовалось подумать без помех.
Во дворе, несмотря на вечер, кипела жизнь. Бормотал репродуктор радиационной опасности под аркой, играли в карты за столиками на детской площадке, пацаны носились по спортплощадке с мячом, тетки о чем-то рассуждали возле доски объявлений, девчонки играли в догоняшки и дворовый надзиратель торчал в будочке-стакане, так называемый смотрящий. Обычный вечер обычного первого августа две тысячи пятьдесят пятого года. Обещали в ближайшее время открыть интернет, говорили, что там будут выложены бесплатные фильмы, может, даже западные, но пока что все развлечения сосредотачивались во дворе. Не телевизор же смотреть. Там всего-то три канала, и всё смотренное-пересмотренное не по одному разу.
Во дворе, несмотря на вечер, кипела жизнь. Бормотал репродуктор радиационной опасности под аркой, играли в карты за столиками на детской площадке, пацаны носились по спортплощадке с мячом, тетки о чем-то рассуждали возле доски объявлений, девчонки играли в догоняшки и дворовый надзиратель торчал в будочке-стакане, так называемый смотрящий. Обычный вечер обычного первого августа две тысячи пятьдесят пятого года. Обещали в ближайшее время открыть интернет, говорили, что там будут выложены бесплатные фильмы, может, даже западные, но пока что все развлечения сосредотачивались во дворе. Не телевизор же смотреть. Там всего-то три канала, и всё смотренное-пересмотренное не по одному разу.
Она тихонько пристроилась подальше от спортплощадки. Итак, прежде всего: она девочка. Шесть лет, через месяц первый раз в нулевой класс. Неразвитая, малоподвижная. В семье нежеланный ребенок. Кавказское отродье? Ну да. Отродье она бы исключила, а так один в один грузинка. Или осетинка. Или черкешенка. Или да много их, на русский неопытный взгляд одинаковых с лица. При том, что родители вроде бы русские. Что-то крылось в ее появлении на свет не очень приличное. Как будто залетела маменька по пьяни от собственного начальника. Случайно.
Отец Тяжелый случай. Хотя мужчина красивый. Рослый, светловолосый, челюстью кирпичи можно ломать настоящая арийская бестия. Атлет, и мужское достоинство ого-го какое. Форма у него красивая, вся в ремнях, мужественная такая. Она, как увидела отца впервые, так сразу и влюбилась. Ну настоящий папа! А он как даст по почкам, аж в глазах потемнело
Она помрачнела от неприятных воспоминаний. Отец ее за родную не считает, вот в чем проблема. Правильно не считает, чужая кровь у нее на лице пропечатана, но бить, да со всей силы? Прирезать бы гада, как обещала!
Она подумала и со вздохом решила, что резать пока что рано. Папа у нее один, его надо беречь. Да и не гад он, а пацан. Испугался ее, как маленький шкодник. Знает, что неправ! Значит, можно воспитать. Подружиться с ним? Ну а почему нет? Глазки ему состроить, приласкаться