В смысле, не там?!
Ну, может, показалось, приснилось.
Ей не хотелось использовать более точное определение: «вы упоротая».
Милочка! появился и в голосе няни гонор, я вам говорю не про то, что мне приснилось или я под грибочкамиувидела что-то не то. А про то, что у вашей доченьки лицо, как у людоеда! Вы что, тупая и не понимаете?!
Мама! Это ты?! донеслось из-под лестницы.
Мариночка! отвлеклась ее мама от тетки. Еще немного и эти особы начали бы портреты друг у дружки разукрашивать.
Ну, вот, видишь? Курица тупая!
В то время, пока спесивая и несдержанная няня выражалась, девочка показала свое лицо. Это же увидела и няня. Лицо совершенно нормальной девочки. Не так, как выразилась «старуха»лицо людоедки (наверно, нянечка видела, что у девочки весь подбородок кровью измазан, или так, что с него капает).
Ну, и что я?! не отставала нянечка от женщины. Я под грибочками, да? Мне приснилось?!
Я не говорила, что ты под грибочками. Это твои сугубо личные инсинуации.
То есть, ты хочешь сказать, что ты совсем ничего не говорила!
Это ты говорила!
И про что это я говорила?
Про то, что у нее с подбородка капает кровь.
Я?! Кровь?!
Ну, ты сказала, что у нее лицо, как у людоедки!
И что?! А кровь-то тут при чем?
А при чем здесь то, что я сказала, что ты под грибочками?
Ну, ладно. В этом я была не права. Я сознаюсь, что я оплошала. Но, а всё-таки, при чем здесь кровь?
А как еще по-другому определить, что человек похож на людоеда.
Ну, в принципе, да, вы правы, перешла няня опять с нею на «вы». Обменялись любезностями и поутихли.
Только няня сказать хотела совсем не это. Не то, что с подбородка капает кровь. Она хотела сказать, что у девочки было лицо, как у ходячего мертвеца. Черные круги вокруг глаз, всё такое Но сейчас девочка выглядела так, как будто она не пропадала больше полугода назад. Или, если пропадала, то ее кормили всё это время.
4
Марина, конечно же, вернула няне ключи. Но из-под подъезда она не с пустыми руками вылезла. При ней был целлофановый пакет черного цвета. Мама на это внимание не обратила, поскольку няня тут же прикопалась с ключами.
Мариночка, ты брала ключи у этой тетеньки?
Нет, не брала, ответила девочка. Может, ей показалось. Ну, там, приснилось.
Вы что, сговорились? выпалила «тетенька» на счет «приснилось». Мол, сначала мама обвиняет, что у той галлюники. Теперьее дочурка.
Я хотела сказать, что, может быть, они у нее. Ну, ключи.
И няня пошарилась-пошарилась, да выудила связку ключей.
О, господи! полностью переключилась мать с этой тупоголовой на ребенка, тут же ледяной ветер! А ты в легком летнем платьице
Она хотела сказать, что сама, в своей пижамке, замерзла как цуцик.
И они оставили ее одну. Мать так заболталась, что даже и не вспомнила, что, если б няня не увидела эту девочку, то та «замерзла» бы еще сильнее. То есть, хоть бы спасибо сказала. Но куда там: гордыня стирает столь «мелочные» воспоминания. Умеет, так сказать, отделять зерна от плевел.
5
Мама! неожиданно вспомнила дочурка, когда они отгородились от «этой склочной бабы» подъездной дверью, смотри, что я нашла! Это под подъездом лежало!
А что в этой сумке?
Денежки, мам!
Денежки?!
Ну, да! потрясла она, в следствии чего послышался звон монет. Должно быть, какой-то нищий прятал под подъездом все свои сбережения. Мама хотела уже было открыть рот, но дочка оборвала ее:
Мама, ты не поверишь, но я могу его удвоить!
Это как это?! тут же загорелись у мамы глаза от сильного предвкушения. Потому что быстро заработала голова
Я могу укусить этот пакет и его станет двое!
Укусить?!
Ну, мы так часто делаем: кого-то кусаем и их становилось двое. Потом, если еще укусить, то трое уже будут. Это же классно, мамочка?! Как тройняшки!
А ну-ка, проверь, не верила мамаша после ерунды, которую дочурка ей тут наплела. Сделай так, чтоб было два мешка с мелочью.
А, я поняла, ехидно захихикала девочка, ты мне не веришь!
И она поднесла к своему лицу этот мешок
Фу! Выбрось! машинально вскрикнула мамаша, он же с помойки! Этот вонючий оборванец лапал его своими немытыми руками
Мама! Деньги же не пахнут! Забыла?
Я говорю
А ты говоришь: вонючий мешок
И она вцепилась зубами в этот целлофановый пакет. Мать все равно паниковалапыталась вырвать его из рук непослушной дочери. И вырвала уже, ведь, но у дочери в руках все равно остался данный черный пакет. То есть, и у матери пакет с мелочью в руках, и у дочери.
Ну что, теперь поверила?! Теперь их уже два! Считай
Ой изумилась маманя.
Вот, то-то же! победно проговорила дочь.
Ой, провякала мама, у меня нет сейчас вообще никаких денег. Но, может, занять у соседей Может, ты их размножишь тоже так же вот, доченька? И мамочка сможет здоровье поправить
Но ты же не верила в меня!
И после этих слов дочка начала подниматься по лестнице. В сторону лифта. Если так подумать, то нетрудно предположить, что второй мешок девочка прятала у себя под платьем. И, когда мать подняла шум, то девочка выудила его оттуда. Так, под шумок.
Но, может, и на самом деле волшебство. Кто его знает?
6
Пока мать пыталась сравнивать схожесть обоих мешков, дочь поднималась на лифте и входила в квартиру. Благо дверь была не заперта, поскольку мамочка примерно так же, как и больше полугода назад приходящая няня, заблокировала дверь от закрытия сквозняком. Что интересно, заблокировала тем же ботинком, что и няня. Так, словно ботинок был меченым. На нем наверно была «невидимая» надпись, которую могли прочитать только одаренные ясновиденьем. Мол, этим «обувком» дверцу заглушивают, дабы оную не захлопывало сквознячком, а то ведь в дверце встроен замок-защелка, который захлопывает оную при слабом нажатии И далее по тексту; там еще пространная инструкция к сему «расписному ботинку».
Мать вошла чуть-чуть попозже. Она наклонилась, чтоб убрать ботинок, а в квартире было всё так же темно. То есть, либо Марина вошла в темноту (свет включать не стала), либо доченька маме просто-напросто «приснилась», как совершенно правильно заметила няня по этому поводу. Потому что в квартире темнота и тишина
Но маман ее парилась по этому поводу. Она, как ни в чем не бывало, включала свет, проходила Ну, и начинала свое канюченье: «А почему ты все-таки не хочешь удвоить бумажные денежки, а, доченька?! Тебе, может, просто не нравится, что они бумажные?.. Ой, доченька А где ты?..»
Она туда-сюда походила по комнатамМариночки нигде нет. Она уже остановилась, так, словно ничего не поняла, как Марина спряталась за ее спиной
Ой, маленькая! В пряточки с мамой решила поиграть
Нет, ответила Марина. Я хотела спросить Мне как-то неловко
Ну, давайспрашивай
Можно, я тебя поцелую?
Теперь матери стало неловко. Мол, что же это такое: дочь не пойми где пропадала, она могла бы вообщес концами дематериализоваться а мать, вместо того, чтоб ее расцеловать, да разобнимать (прижать к сердцу, как самое дорогое сокровище), набросилась на нее с какими-то идиотскими деньгами. Главное, прикопалась: не могла бы та бумажные денежкитрам-парарам, а не только одни копеечные. И как, мол, ты объяснишь, почему не могла
Но дело в том, что дочка спросила так странно, не хочет ли маман, чтоб та ее поцеловала, что матери стало неловко скорее от тона, чем ото всей этой до идиотщины смехотворной ситуации.
Так можно или нельзя? напомнила девочка. С другой стороны, это логично. Мы больше полугода не виделись, а ты меня про деньги спрашиваешь.
Ну, я не знаю, промямлила окончательно растерянная мамочка. Может быть, можно.
Дочь спрашивала разрешения наверно потому, что не могла подпрыгнуть так высоко, чтоб чмокнуть маму в щечку. Потому маме пришлось специально для этого наклоняться. Для дочериного поцелуйчика.
7
Поскольку у мамы губы были обветренными, то дочь знала, что, стоит только хоть чуть-чуть прикусить, как губа сразу же начнет кровоточить. А девочке вполне хватало даже самой маленькой капельки крови.