Всего за 124.9 руб. Купить полную версию
Турки проигрывали ему битву за битвой, а при осаде Аскалона он со своим войском особенно отличился, вырезав не менее сорока тысяч сарацинов и наголову разгромив их вождя султана Саладина.
В перерывах между сражениями эти два государя постоянно обменивались любезностями, так, например, когда. Ричард заболел, Саладин прислал ему коробочку пилюль от своего придворного аптекаря. А Ричарду, говорят, однажды вздумалось посвятить храброго сарацина в рыцари, словно тот был олдерменом или членом Королевской академии. И хотя король со львиным сердцем считал своим христианским долгом преследовать турка и, если удастся его поймать, выпустить ему мозги, все же он признавал, что это благородный и щедрый государь, и восхищался им больше, чем любым из своих августейших союзников. Разве это не великодушно? Еще как!
Наконец, после несчетных побед, Ричард увидел перед собой город Иерусалим, сильно укрепленный турецким султаном. И тут Ричард Львиное Сердце, к своему огорчению, обнаружил, что взять город нет никакой возможности. Войско сильно поредело в результате всех его славных побед. Его союзники, другие короли, герцоги д прочие властелины роптали, и в конце концов пришлось ему двинуться назад к морю. Можете себе представить, как злорадствовал при виде этого султан Саладин.
В общем, Ричард покинул страну тайком и пешком (не важно, что сталось с его армией: если мы станем оплакивать простых солдат, то будем плакать, покуда не состаримся, как Мафусаил, и все равно нам не хватит времени), так вот, Ричард покинул страну и с кучкой друзей отправился восвояси.
Но когда он добрался до Австрии, там его узнали, и герцог австрийский, который ненавидел Ричарда, велел схватить его и без разговоров швырнуть в тюрьму. И Ричард, сидя в темнице, конечно, горько сожалел, что решил добираться по суше, а не поехал пароходом, идущим на Мальту, откуда до дому рукой подать.
Представьте же себе, мои дорогие слушатели, этого несчастного монарха в тюрьме. Представьте, как он, в арестантской одежде, вынужден работать вместе с преступниками и получать пинту жидкой овсяной каши и один пенсовый хлебец в день. Это он-то, который привык к самым изысканным яствам и, если верить ныне покойному знаменитому сэру Вальтеру Скотту, питал необычайное пристрастие к вину! А теперь он, король и великий рыцарь, совсем недавно повелевавший сотнями тысяч людей, сидит в отвратительной тюрьме! Где же его армия? Этот вопрос поневоле возникает снова. Ах, не все ли равно: этих людей давно уже нет, они избавились от страданий. И жалеть, как видите, надо короля Ричарда, потому что он остался в живых.
По всей видимости, тюремный режим в Австрии был не таким строгим, как в наше время в Англии, ведь если у нас услышат, что арестант поет или играет на скрипке, по его спине хорошенько погуляет палка надзирателя. А у короля Ричарда, по-видимому, было пианино, и, кроме того, он часто играл на гитаре. Вероятно, герцог австрийский решил, что не будет никакого вреда, если Ричард забавляется в своей одиночной камере, коль скоро про это не ведает ни одна живая душа.
Не знаю, очень ли скучали подданные Ричарда без своего короля. Так или иначе, мы, как я уже говорила, довольно быстро привыкаем к отсутствию наших королей и их ближайших родственников. Вот, к примеру, наш возлюбленный герцог Камберлендский уехал и стал королем Ганновера, и мы расстались с этим августейшим принцем без особой грусти.
Так вот, к счастью для короля, ему было позволено играть на пианино.