- Разведчиков ты не трожь, - процедил он с яростью. - Ты ведь не хоронила убитых по ее милости. Тебе Ратанга чужая.
Конечно, чужая. И Ратанга, и ее Хранительница. Навела на след, отдала на смерть человека - хоть какого, но человека. Пропадите вы все пропадом!
Это я только подумала, а говорить ему не стала. Не потому, что побоялась, просто поняла, что бесполезно. Обошла его, как дерево, и вошла в хижину.
Пламя в очаге догорало. Возле очага на охапке лапника спала Странница, укрытая плащом Вентнора. Маску она сняла. Вентнор устроился ближе к двери, возле него - Харен и Болард. Харен даже во сне крепко держал брата за руку. Пленницу положили в дальнем углу. Она не спала. Широко раскрытыми глазами смотрела на мерцающий огонь. И даже не пошевелилась, когда я вошла. На лапнике было еще место, лежал чей-то брошенный плащ, но я не пошла туда, а легла на пороге, обхватив себя руками. чтобы теплее было. Ну вот и день прошел. Так хорошо начинался. и такое в конце... Из-под двери тянуло холодом. Слышны были тяжелые шаги Боско. никак не угомонится. проклятый. Кто-то застонал сквозь сон. Кажется, Харен. Или Болард? А, все равно... Спать...
Я проснулась от холода и какого-то шороха. Очаг давно угас. Шорох доносился оттуда. Потом я различила громкий и внятный шепот:
- Нашла время милосердие проявлять! Спать мешаешь.
- Ты же все равно не спишь. А я не могу разговаривать со связанной.
- Подумаешь! А, леший с тобой...
Шорох стал тише, потом что-то шевельнулось в темноте.
- Руки болят, уй! Хороши ратангцы, нечего сказать, на женщину нападают.
- А если женщина этого заслуживает?
- Тогда зачем спасала? Убили бы, тебе что за печаль?
Вот это кто!.. Меня будто обожгло. Не шевелясь, не смея выпрямить затекшую руку, я прислушивалась к шепоту. А он то затихал, то становился громче:
- ... жалеешь, да? Смешно!
- А тебе никого не жаль?
- Нет!
- И Боларда?
- Мальчишку-то? Сам виноват - не влюбляйся в кого попало.
"Как ты смеешь?!" - хотелось мне крикнуть, но я лежала, стискивая кулаки, и слушала дальше.
- Напрасно развязала, напрасно! Я ведь и убить могу.
Я застыла. Вскочить? Закричать? Сейчас... Но что-то удерживало меня. А шепот все звучал:
- Что ж не убиваешь?