- В последний раз морна пришла с гор. Потому и назвали - Поветрие Скал. Мне тогда пятнадцать было, жил в поселке Синяя Мята. Ничего от поселка не осталось, одни пепелища. Вот так же сжигали хижины... - у него дернулась щека, - вместе с живыми еще сжигали.
- Как же так?!
- Морна, - повторил он в который раз проклятое слово. Потом обхватил голову руками и замолк. Я думала, что ничего больше не услышу, но тут Вентнор поднял голову и уже спокойно добавил:
- Я тогда остался один. Воины из Ратанги подобрали меня. С тех пор я там.
- Ратанга? - ухватилась я за новое слово, втайне опасаясь. что оно окажется чем-то страшным. - Что это?
- Ты и этого не знаешь? - Вентнор взглянул на меня с откровенным удивлением. - Ах да... Ратанга - это крепость на горе. И еще наше племя. Да ведь мы едем туда. Увидишь.
Я вздохнула тихонько. Увижу, да... Вспомнить только, зачем я туда еду. Но опасность морны была сейчас куда ближе и страшнее, и чтобы не оставаться наедине с ней, я готова была говорить о чем угодно:
- Там хорошо, в Ратанге?
- О да! - непривычно горячо ответил Вентнор. - Ратанга прекрасна. Какое солнце восходит там в ясные дни! Но когда мы уезжали, там было тревожно. Идет осень, скоро хлынут кочевники с запада, и северяне не дремлют. А тут еще это предательство...
- Какое?
- Твое. А впрочем, не твое, - поправил он себя со странной усмешкой. - Все равно оно нас здорово подкосило.
- Расскажи, Вентнор, - попросила я и добавила мысленно: "А то я и знать не буду, за что меня судят."
К моему удивлению, Вентнор не отказался. Позднее он признался, что чувствовал мою тревогу и хотел отвлечь разговором. Они чуткие - разведчики из отряда Крылатых.
- Отчего не рассказать. Она, - он помедлил, - пришла к нам три года назад. Из здешних, но воспитывалась на Севере; хотела сражаться вместе с нами. Мы приняли.
Он бросал короткие, будто обрубленные фразы, и я подумала: может быть, именно так говорят о чем-то больном и горьком.
- Потом началось странное. Разведчики попадали в ловушки, гонцов перехватывали, три больших отряда были атакованы кочевниками и разбиты. Мы понимали - предательство. Начали искать и нашли. Ее.
Он тяжело перевел дыхание, и я, воспользовавшись этим, спросила:
- А вы уверены, что это она, Вентнор? Вы не ошиблись?
Вентнор стремительно вскинул голову:
- Ошиблись? Дорого б мы дали за то, чтобы это была ошибка. Нет, все верно. Она... была хорошим воином и товарищем, мы долго не могли поверить... и проверили. Я выехал на разведку - об этом знали многие, но только она знала, каким путем. Там была засада. Я едва ушел... да не в этом дело.
Все, что он говорил, казалось мне страшной сказкой, и чем дальше, тем страшнее.
- А что с ней? - прошептала я чуть слышно.