Возле служебного входа в административный корпус машина остановилась. Но Папа из нее не вышел, Папа ждал. Пока с крыльца не бросился вниз с распростертыми объятиями директор спорткомплекса.
- Рад, очень рад... - тараторил директор, распахивая дверцу и обхаживая Папу. Которого знал не как Папу, а как щедрого спонсора спортобщества "Динамо". - Вы уже слышали? Ваши на России "бронзу" взяли!
Папа неопределенно кивнул.
- Самохину внеочередное звание присвоили. Майора!
Папа снова кивнул. Что можно было истолковать как радость. Хотя куда больше обрадовался бы, узнав, что субсидируемая им команда ватерполистов в полном составе во главе с новоиспеченным майором утонула в динамовском бассейне.
- Теперь появляется шанс пробиться на Европу...
Достал...
На втором этаже можно было повернуть направо. Или налево.
- Вы к нам по делу или размяться?
- Размяться, пожалуй...
Папа повернул направо в раздевалку. Где открыл свой шкафчик и снял с плечиков спортивную майку с большой прописной буквой "Д" на спине и груди и вытащил белые шорты и кроссовки. Если бы его в кроссовках и динамовской майке увидели его "шестерки", у них бы зенки из орбит повыскакивали! А если бы они знали, что он вытащит из стоящей в шкафу спортивной сумки!..
Из стоящей в шкафу сумки Папа достал теннисную ракетку. Зажав которую под мышкой, пошел на корт.
Папа не играл в теннис. Негоже авторитетному вору скакать прилюдно в трусах, словно какому-нибудь сопливому пионеру. Но Папа состоял членом теннисного клуба и на этом основании присутствовал на тренировках и играх. Не на всех. Но в обязательном порядке на "генеральских турнирах". Генеральских это когда мячиком чероз сетку перебрасывались высо -копоставленные милицейские чиновники. И даже будучи динамовским меценатом учреждал поощрительные призы.
- Физкультпривет.
- Аналогично!..
Папа сел на скамейку и стал наблюдать за игрой.
Сегодня выясняла отношения очень сильная, хотя почти не умеющая играть в теннис пара - начальник ХОЗУ Генеральной прокуратуры с заместителем министра внутренних дел.
Толстые дядьки, тяжело топоча, бегали по корту, пытаясь успеть за ускользающим мячиком. Их подбадривали криками немногочисленные, потому что равные им рангом, зрители.
Уф-ф...
Обессиленные игроки рухнули на скамейки, промакивая пот с лысин махровыми полотенцами.
Папа выставил приз - пол-ящика марочного, по полутысяче долларов бутылка, коньяка.
- О-о! - радостно загалдели члены теннисного клуба. И всей толпой завалились в сауну. К щедро накрытым столам.