— Таксу или сенбернара? — поинтересовалась еще одна моя подружка, Кето.
— Японскую, карликовой породы.
— Они же все искусственные! На электронике! — Кето презрительно оттопырила нижнюю губу.
Наиль обиделся:
— А вот и неправда!
— А вот и правда!
Вскочили они, сжали кулаки. Не иначе, думаю, до драки дело дойдет… Но роботески грудью встали между ними:
— Дети, дети, драться нехорошо! — предупредила Кетошина.
— Драка не аргумент! — подхватила Наилева.
— Надо уступать девочкам! — разъяснила Кетошина.
— А пусть девочки не задираются! — возразила Наилева.
— Не задевайте моего ребенка! — возмутилась Кетошина.
— А вы моего не трогайте, за своим смотрите! — возразила Наилева.
И давай они как ненормальные подпрыгивать — вверх-вниз, вверх-вниз. Антенны дрожат, хвостики с помпонами воинственно вздернуты, уперлись друг в дружку лбами — вот-вот искры посыплются. «Еще не легче! — переполошилась я. — Не хватало, чтоб вместо детей роботески разодрались!»
— Туня, — прошептала я. — Наведи-ка порядок!
Туня с места не стронулась, но, вероятно, намекнула им на своем электронном языке, что непедагогично выяснять отношения при детях. Няни перестали шипеть и разошлись.
— Слушай, Ляля, а что же мы с астероидом делать будем? — напомнила Таня Орбелян, протягивая мне перфокарту. Она все мои дела принимает близко к сердцу.
— Ого, что! — Я подскочила на месте. — Да что угодно!
— Ну, например, например?
Я задумалась. Как назло, в голову ничего не приходило. Мы ведь здесь, а он — вон где! Ну, слетаешь к нему пару раз — и все удовольствие?!
— Сейчас, сейчас. Минуточку…
Я потерла виски — может, какую мыслишку выскребу. Но в голове пусто — как на отключенном телеэкране.