Асаф отпустил Иоанна, быстро пошел по залу — от стены к стене, как привык у себя в лаборатории.
Давид-Кевин, продолжая возлежать на кушетке, лениво сказал:
— Пусть мальчик подождет в другой комнате. — И к Иоанну: — Не обижайся, друг. Все будет хорошо, Петр никогда никого не обманывал.
Иоанн взглянул на Петра. Тот кивнул:
— Я позову…
Иоанн вышел, и Давид-Кевин, отхлебнув кислого галилейско-го, столь же лениво спросил:
— Сколько тебе понадобится времени, чтобы сделать из него Крестителя?
— Говори: Предтечу, Нет пока такого слова — Креститель, время не пришло… А сроку?.. Неделя, — сказал Петр. — Или две. Или месяц. Я не знаю пока.
— Это сейчас, — усмехнулся Давид-Кевин. — а через двадцать лет?
— Вряд ли больше. Я заложу в него спящую программу. А в следующий бросок — разбужу. Он — не Мессия, он — только проводник, паранорм одной функции.
— А с чего ты взял, что этот малый — тот самый Иоанн? Закария, Елисавета сколько таких пар в Галилее? Две, пять, десять?.. Сейчас ты заложишь в него монопрограмму на проповедь Крещения или Очищения, так и вправду точнее, на проповедь явления Мессии, а где-то рядом растет настоящий Иоанн, который к этой проповеди придет сам. Что будем делать тогда?
— Ты паникер, Давид. Будет только один Иоанн Креститель. Второй Галилее не явится. Я так решил, и это моя проблема. Оставь ее мне.
Асаф прекратил пустое хождение по залу, затормозил перед Петром — только за подбородок его не взял, как Иоанна.
— У нас есть Цель, — яростно проговорил. — Мы не можем отвлекаться. Ты не имеешь права!..
И тут Петр закаменел лицом. Сказал жестко:
— Вы не можете отвлекаться — вы и не станете. А я имею право на все. Ты забыл, Асаф, кто я…
И Асаф будто сдулся, как воздушный шарик, будто даже ростом стал меньше.
Сказал виновато:
— Извини, Мастер. Не держи на меня зла.
— И в самом деле, — засмеялся Давид, — это ж его операция, ты чего, Жан-Пьер?.. Кончайте спорить, зовите парня, нальем ему вина и начнем разговоры. Неделя, две, месяц — Мастер определяет… Да, кстати, Петр, ему бы надо рубашку постирать: совсем заплесневела…
— Мы ему сегодня новую купим. — засмеялся Петр.
М. У меня времени — кот наплакал, а вопросов к вам — миллион.