Угрозы свои можете оставить при себе – я в них не верю. Вам надлежит сделать выбор в ближайшие пять минут.
– Ваше превосходительство, какую планету вы отдаете в наше распоряжение? – осведомился Селдон.
– Кажется, она называется Термин, – ответил Линь Чен. Он небрежно, кончиками пальцев перелистал бумаги и пододвинул их Селдону.
– Она необитаема, но для жизни вполне пригодна. После необходимого обустройства этот мир вполне будет отвечать нуждам ваших ученых. Правда, он находится несколько вдалеке…
– Эта планета – на самом краю Галактики, сэр, – прервал его Селдон.
– Как я сказал, Термин находится несколько вдалеке от других миров. Это даст вам возможность полностью сосредоточиться на научных проблемах.
Вам осталось две минуты на размышление.
– Чтобы перебраться туда, нам понадобится немало времени. Ведь переселяться придется двадцати тысячам семей.
– Время вам будет предоставлено.
На мгновение Селдон задумался. Истекала последняя минута.
– Я согласен на ссылку.
При этих словах у Гааля подпрыгнуло сердце. Главным образом он переживал огромную радость, и это было естественно – ведь он только что избежал верной гибели. Но, несмотря на испытываемое облегчение, остался и привкус сожаления о том, что Селдон потерпел поражение.
8
Они долго молчали, пока такси несло их сквозь сотни миль извивающихся тоннелей в сторону Университета. Потом Гааль шевельнулся и произнес:
– Неужели вы сказали комиссару правду? Ваша смерть действительно ускорила бы распад Империи?
– Когда дело касается психоистории, я никогда не лгу. Кроме того, в этом случае ложь и не спасла бы меня. И Чен знал, что я говорю правду. Как политик, он очень умен, а политики, в силу специфики их занятий, обычно интуитивно чувствуют, что психоистория не врет.
– Тогда почему вы все же выбрали ссылку? – спросил Дорник, но Селдон промолчал.
Когда такси влетело на территорию Университета, мускулы Гааля стали действовать – точнее, бездействовать – независимо от его воли. Из такси его пришлось выносить чуть ли не на руках.
Яркий свет заливал всю территорию Университета. Дорник уже почти забыл о существовании Солнца. Правда, и Университет был расположен не под открытым небом – все его здания были накрыты огромным куполом из прозрачного материала. Материал этот был поляризован, поэтому Гааль мог спокойно смотреть прямо на полыхавшую в зените звезду. Сияние ее бликами отражалось от металлических поверхностей многочисленных зданий.
Здания Университета были серебристого цвета, в отличие от остальных тускло-серых зданий Трантора. Их металлический блеск почему-то вызывал ассоциации со слоновой костью.
– По-моему, это солдаты, – заявил вдруг Селдон.
– Что? – Дорник возвратился из заоблачных высот на грешную землю и узрел перед собой часового.
Они остановились, и тут же из ближайшей двери выглянул предупредительный капитан.
– Доктор Селдон?
– Да, я.
– Мы ждали вашего прибытия. С этого момента вы и ваши сотрудники подчиняетесь законам военного времени. Мне приказано сообщить вам, что вам предоставлено шесть месяцев для подготовки переезда на Термин.
– Всего шесть месяцев!.. – начал было Гааль, но Селдон незаметно сжал его локоть, и юноша умолк.
– Таков приказ, – констатировал капитан.
Когда он скрылся, Гааль повернулся к Селдону.
– Но что можно успеть за шесть месяцев?! Это же просто замедленное убийство!
– Тише, тише. Давайте лучше пройдем в мой кабинет.
Этот небольшой кабинет был абсолютно недоступен для прослушивания. Направленные на него специальные лучи не выявляли ни подозрительной тишины, ни еще более подозрительного статического поля.