— Я не намерена влюбляться в тебя.
Твердо. Убедительно.
— Отлично.
Он бросил полотенце в раковину, подошел к ней и приник к ее рту.
Она неловко ответила; после долгого перерыва реакция оказалась слишком сильной, и она оцарапала ему спину.
Поцелуй закончился. Он погладил ее волосы.
— Не беспокойся. Я не стану пить кровь. Я могу сдерживать свои импульсы.
Она решила подыграть его шутке, в которую почти поверила.
— Это не важно. Я хочу стать такой же, как ты.
Шутка?
Он уселся на стул, привлек ее к себе, прижался щекой к груди.
— Этого недостаточно. Для превращения у тебя должны быть соответствующие гены.
— Это действительно инфекция?
Она почти шутила, наполовину притворяясь, что верит.
— Как вирус, который заражает раком. Я только знаю, что из тысяч моих жертв только несколько человек подхватили лихорадку и выжили, став такими же, как я.
— Вампирами?
— Можно сказать и так. Одним из тех, кого я заразил, был мой сын. Он тоже заболел лихорадкой и переродился. Поэтому я решил, что все дело в генах.
Он крепче прижал ее к себе, словно желая согреть.
— А что случится, если у жертвы окажутся неподходящие гены?
— Ничего. Ничего не случится. Я никогда не дохожу до того, чтобы убивать. Я никого не убивал уже более сотни лет. Тебе ничто не угрожает.
Она соскользнула на пол, встав на колени, обвила руками его талию. Он поддерживал ладонью ее голову, гладил по обнаженным рукам и плечам.
— Шелк, — наконец произнес он, поднял на ноги, прикоснулся к груди.