- Нет, Шариф, пусть Аркан тебя к себе устроит. А со мной переговоры вести нечего.
- Вот ты как со старыми друзьями, - уже с ноткой угрозы говорит Шариф, - смотри крылышки подрежем.
Я хватаю его за пиджак и рву к себе.
- Мы давно врозь, старый приятель, и если что-то ты еще вякнешь, я тебе не крылышки, а кишки выпущу.
- Сашка, брось его, - говорит Аркан из окошка дверцы машины. - Черт с тобой. Ниточка-то у нас все равно одна. Где порвется, там все погибнем. Садись , Шариф, в машину.
Я отпускаю Шарифа и он плетется к машине.
- Но все равно, дороги наши будут всегда пересекаться, - успокаивает на последок Аркан.
Машина оставила только запах не переработанного бензина.
Не смотря на успешные испытания, все же машина мне не нравилась. Что-то было в "щитоморднике" такое притаившееся, коварное, как у настоящей змеи.
Я высказал свое сомнение Лене.
- Знаешь, я тоже чего-то не доверяю машине.
- Интуиция?
- Вот чувствую что-то в ней такое есть пакостное.
- Может ты и прав. Мужчины как-то лучше чувствуют характер механизмов. Я часто замечала, как отец прислушивался к своему "жигуленку" и всегда давал точный диагноз, что с машиной. Мы с мамой даже никаких перебоев не слышим, а он сразу: "Кольцо второго цилиндра не в порядке". И точно.
Свой характер танк показал, когда устраивали очередную показуху. Понаехало много генералов, ответственных лиц и главный решил показать товар лицом. Мы должны продемонстрировать боевую стрельбу с применением ракет на полном ходу.
Все сначала шло хорошо. Мы шли по полигону к целям. Я поймал в лазерный прицел, появившейся макет танка и уже теперь никакие колебания машины не могли помешать оторваться башне от цели. Нажимаю на педаль. Выстрел. Цель поражена. Мы несемся вперед. Теперь надавливаю на кнопки панели и из лючка башни выскакивает направляющая с ракетой. Ищу цель.
- Игорь, справа орудие,- подсказывает Сергей.
Вот жаль, придется применять опять орудие. Перемещаю ствол вправо, прицел ловит щит цели. Орудие стреляет. Но тут что-то грохнуло над башней и в триплексы я вижу нашу противотанковую ракету, которая летит винтом черт знает куда. Я смотрю на панель и не верю своим глазам. Вместо одной, горят сразу две лампочки: "ГОТОВНОСТЬ N1" и "ПУСК". Ракета скрылась где-то в лесу. Нам представилась возможность поразить орудием еще одну цель и потом мы спешно помчались к ремонтным сараям, разобраться, что произошло.
Лена с Генкой прикатили на газике командира части. Они сразу все поняли.
- После выстрела пушки, ударной волной перебило кабель и замкнуло провода, - сделал заключение Генка.
- Да, это так, - Ленка покачала головой. - Теперь придется все делать по новой.
- Или закрывать "щитомордник".
- Я поеду к главному, - говорит Ленка, - надо все доложить. Вы пока ничего не трогайте и не разбирайте. Вдруг он захочет посмотреть.
После этого испытания, военные и конструктора как-то охладели к "щитоморднику". Переделывать никто ничего не стал и мы стали сворачивать свою работу.
- Лена, машине конец? - спросил я ее, когда мы остались в боксе вдвоем.
- Да.
- А почему?
- Европейцы разрабатывают новые типы танков с защитой от радиации и новыми системами жизнеобеспечения. Наш "щитомордник" разрабатывался лет пять тому назад и быстро устарел.
- Мы что, отстаем?
- Нет. По крайне мере, даже кое-где впереди.
- Пойдем сегодня вечером куда-нибудь, в театр, или в кино.
- Ого. Однако, ты стал исправляться в лучшую сторону.
- Не все же любить железки...
- Это интересное заявление. Мне его стоит принимать на свой счет?
- Разве он у тебя есть?
Ленка треснула меня по шее.
К нам в КБ прибыла комиссия из горкома комсомола. Она, по неведомому доносу, занимается проверкой состояния комсомольских дел. По каким-то спискам в комитет вызываются комсомольцы для дачи показаний. Меня пригласили тоже, но после всех. За столом сидит важный Аркан, а рядом Шариф и неизвестная девица с лошадиным лицом.
- Здравствуйте, товарищ Гусев, - как будто не зная меня, официальным тоном говорит Аркан, - мы хотели задать вам несколько вопросов о деятельности вашего секретаря.
- Что вы хотите?
- Александр Сергеевич, мы обнаружили финансовые нарушения в деятельности комсомольской организации КБ и хотели бы уточнить и с вашей помощью выяснить некоторые детали этих хищений.
- Я что, имею к этому делу какое-нибудь отношение?
- Нет, но...
- Ну раз нет, так и суда нет. Я все время в работе и мне деталей не видно. Так что, идите вы..
- Как вы смеете так говорить с первым секретарем, - истерически ржет лошадь-девица.
- Аркадий, успокой свою....
Аркадий и Шариф захохотали.
- Ты все так же не меняешься, - говорит Аркан. - Ладно, мы вызвали тебя для другого. Нам нужен свой секретарь в КБ и вот мы решили выдвинуть тебя.
- Ошалели что ли. У меня есть работа и нечего мне лезть в темные дела.
- Как можно такого выдвигать, - опять визжит девица.
- Николаева, тихо. Это самый лучший руководитель комсомола, которого мы видели. Так Шариф?
- Так.
- Тогда дело решено. Можешь идти, Саша.
Главный переводит мою бригаду на новую машину. Какой-то идиот из первого отдела давал им змеиные названия. Эта система получила название "Гюрза". Новый танк был с дополнительной защитой от ядерного взрыва и многодневной автономной системой жизнеобеспечения.
- Вам придется пожить в герметичном танке несколько дней, - говорит мне главный.
- Кого я должен брать с собой в напарники? Представителя КБ или из своей бригады?
- Я думаю, что конструкторам необходимо знать недостатки своих машин. Мы вам пришлем кандидата.
Похоже, что в КБ действительно нет мужчин, в напарники назначили женщину. Бойкая, черноволосая женщина явилась передо мной.
- Здравствуйте, я Рита Мелекс. Меня прислали к вам на проверку системы жизнеобеспечения.
- Меня звать Александром.
- Я знаю. Я вас часто видела. Так когда и с чего начнем?
- Сегодня, с проверки всех узлов и механизмов и через три дня запираемся в танке на неделю.
- А попозже на денек нельзя? А то у моей дочки день рождения.
- Нет. К сожалению нет. У нас график.
- Хорошо. Я пойду переоденусь и через тридцать минут буду у вас.
- Заодно, захватите в архиве систему 783.
- Это что?
- Система регенерации.
- А...
Ирина мне читает лекцию.
- Ты с ней поосторожней. Про Ритку ходят такие слухи, что ахнешь.
- Откуда у тебя такие данные.
- Ты думаешь она от кого ребенка нажила? От мужа? Дудки. У нее никогда мужа не было, зато мужиков полно. Все парни из КБ переспали с ней.
- Я буду под твоим бдительным оком всю неделю. По телевизору ты все увидишь.
- Не понимаю, чего Сережку или Генку не взяли? Я бы тоже могла справиться.
- Так надо.
Лена поймала меня после работы.
- Саша, я так просилась к вам, но начальство решило, что здесь нужен специалист больше с медицинским уклоном. Должны брать кровь, проводить анализы.
- Так она не конструктор?
- Как тебе сказать. И да, и нет. Ее прислали из медицинской академии лет пять назад. Она там занималась подготовкой космонавтов, потом занялась конструированием медицинских приборов, а так как нам необходимы были специалисты в области жизнеобеспечения, ее направили к нам.
- То-то я гляжу, что ни хрена она в технике не разбирается. Сегодня с трудом вбивал в ее головку назначение каждого узла системы регенерации.
- Ей это и не нужно.
- Да, хорошенького партнера мне прислали.
- Ты прав. Фигурка у нее, что надо.
- Ты хочешь, что бы я тебе сделал лестный комплемент?
- Хочу.
- Ты самая... самая...
- Вот именно.
Ленка улыбается.
Машину заводят в климатическую камеру, ее выхлопные решетки накрывают металлическими кожухами и делают отводы из камеры наружу. Топлива заливается под завязку.
В танк затаскивается масса дополнительных приборов. Везде устанавливаются датчики и телекамеры, приволокли коробки с пробирками и растворами. Рита как влезла, так сразу заявила.
- Я размещаюсь на месте водителя.
- Нет. В башне твое место. Мне необходимо заряжать аккумуляторы.
- А как мы будем ходить в туалет?
- За мной будет алюминиевая дверца.
- Вонять наверно здесь будет, но бог с ним.
Наконец наступил день испытаний. Нас герметично закупоривают и мы остаемся с Ритой вдвоем. В динамике голос Ирины.
- Все ваши разговоры записываются, выборочно записываются ваши действия на видео- пленку. С внешним миром связь отключается. До встречи.
Половина нравоучений для меня.
- Рита, - говорю ей, - электроэнергию береги.
- Хорошо. Но я здесь взяла несколько книжек, наверно удастся почитать?
- Не знаю.
- Саша, сейчас поднимись, я возьму у тебя кровь на анализ.
- Иду.
Рита берет у меня кровь, а я записываю первые данные в журнал испытаний.
Итак начинается имитация атомного взрыва. Сейчас в камере дадут тепло. Танк прогревается часа три и температура достигает до 40 градусов. Я включаю калориферы и вижу по стрелкам приборов, как они бешено сжирают электроэнергию. Температура все равно прочно стоит на 40. Дышать практически тяжело.