— Те ребята — ваши парни? — спрашивает у меня Майк.
— Нет, — отвечаю я.
Он смотрит на меня так пристально, что я краснею.
— Это хорошо, — улыбается он.
Какая у него милая улыбка!
КЭТ
Наступила идеальная летняя ночь. Одна из тех, когда на небе сияют звезды и тебе не нужна толстовка, даже если ты находишься вблизи воды. И это хорошо, ведь свою я оставила дома. Я отключилась сразу же, как только пришла домой с работы, и проспала весь ужин. А когда открыла глаза, то уже едва не опаздывала на паром до материка. Поэтому побросала валяющуюся на полу одежду в сумку, попрощалась с папой и бегом отправилась из Томастауна в порт Миддлбери. Знаю, я что-нибудь да забыла, но Ким разрешит мне покопаться в своем шкафу, так что это не беда.
Главная улица забита до отказа. В этот час едва ли работает хоть один магазин, но это неважно. Туристы бесцельно слоняются по улицам, останавливаясь возле витрин, чтобы разглядеть в них фирменные толстовки острова Джар ужасного качества и кепки.
Ненавижу август.
Ворча, я проталкиваюсь мимо людей и направляюсь в «Джава Джонс». Если я хочу дожить до выступления «Паппи Чао», то мне нужен кофеин.
«Паппи Чао» играют в музыкальном магазине, где работает Ким. Он называется «Магазинчик Пола» и находится на материке. К магазину примыкает гараж, в котором проводятся выступления различных групп. И если мне хочется послушать какую-нибудь из них, Ким разрешает переночевать в своей квартире. Она живет прямо над магазином. Обычно группы останавливаются там же. И это круто. На обложке своего альбома солист «Паппи Чао» выглядит очень сексуально. Конечно, не так, как барабанщик, но Ким говорит, что с ними всегда много проблем.
Перескакивая через две ступеньки, я поднимаюсь в «Джава Джонс». Но, как только собираюсь толкнуть дверь, один из работников ее запирает.
Я стучу по стеклу.
— Знаю, вы закрываетесь, но не могли бы вы сделать мне тройной эспрессо навынос?
Игнорируя меня, работник развязывает фартук и выключает неоновую вывеску. За окном становится темно.
Скорее всего, сейчас я выгляжу как одна из богатеньких туристок на острове, которые думают, что рабочие часы их никоим образом не касаются. В гавани мне каждый день приходится иметь дело с подобными снобами. Поэтому я отбрасываю недокуренную сигарету на тротуар, засовываю руки глубже в карманы — так, что шорты на бедрах опускаются ниже, и отчаянно кричу:
— Пожалуйста! Я местная!
Он поворачивается и смотрит на меня, как будто я самая большая заноза в заднице. Но потом выражение его лица смягчается.
— Кэт Дебрассио?
— Да, — подозрительно глядя на него, отвечаю я. Он выглядит знакомым, но я не могу его вспомнить.
Парень отпирает замок и открывает дверь.
— Я гонял на байках с твоим братом, — говорит он, придерживая дверь. — Осторожно. Пол мокрый. Передавай от меня привет Пэту.