– Ага, эта. Все правильно. Малхолланд. Я позабыл название.
– Где находится тело?
– Там есть большая старая труба. Ну, знаете, в которых еще люди спят. Так вот жмурик в этой трубе. Он там.
– Вы знаете этого человека?
– Нет, что вы, совсем не знаю.
– Он спит?
– Да нет же, черт! – Парень нервно рассмеялся. – Он мертвый.
– Почему вы так уверены?
– Знаю – и все. Мое дело вам сказать. Если вы не хотите слу…
– Как ваше имя, сэр?
– Зачем это?! Зачем вам мое имя? Я просто видел. Это не я его убил.
– Откуда мне знать, что это не ложный звонок?
– Возьмите проверьте. Ну, загляните в трубу. Я не знаю, что еще вам сказать. При чем здесь мое имя?
– Для оперативного учета. Вы могли бы назвать свое имя?
– М-м… нет.
– Сэр, вы не побудете там, пока приедет полицейский?
– Нет, я уже оттуда ушел. Я уже не там, понятно? Я внизу…
– Я понимаю, сэр. У меня высветились данные на дисплее, из которых видно, что вы в платном таксофоне на Гауэр-стрит, рядом с Голливудским бульваром. Вы не могли бы дождаться полицейского?
– Как это вы?.. Нет, ничего… Мне надо идти. Но вы проверьте. Тело там. Мертвый мужик.
– Сэр, нам бы хотелось задать вам…
Связь оборвалась. Босх положил кассету в карман и вышел из коммуникационного центра тем же путем, каким пришел сюда.
Прошло десять месяцев с тех пор, как Гарри Босх последний раз был на третьем этаже Паркер-центра. Он проработал в отделе ограблений и убийств почти десять лет, но больше там не появлялся – после своего понижения. А точнее, после отстранения и перевода из специальной опергруппы по расследованию убийств в детективы Голливудского отделения. В тот день, когда он получил этот приказ, его стол был расчищен двумя болванами из службы внутренних расследований, которых звали Льюис и Кларк. Они просто перетащили его вещи в Голливудский участок на длинный стол, который занимали там детективы, специализирующиеся на расследовании убийств. Затем оставили сообщение на его домашнем автоответчике, объясняя, где он может все это найти. И вот сейчас, спустя десять месяцев, он снова был на священном этаже элитного детективного подразделения полицейского департамента и радовался, что сегодня воскресенье. Не будет знакомых лиц. Не придется отворачиваться.